В истории ислама священный текст Корана был проверен и утвержден в качестве единственно правильной версии во времена правления третьего праведного халифа (ʻУсмана ибн ʻАффана). Как и у четырех праведных халифов, достоинства халифа ʻУсмана ибн ʻАффана ярко отражены во многих источниках мусульманской литературы. Такие панегирические строки есть и в религиозных художественных произведениях, написанных в Золотой Орде. Так, в суфийской поэме «Каландар-наме» (XIV в.) ʻУсман ибн ʻАффан характеризуется так: «великий [муж], этот предводитель богобоязненных» … «умен и превосходен в [своем] знании, кротости и воззрениях», описывается «щедрым и великодушным» [1, с. 52]. В поэме «Хосрау и Ширин» золотоордынского писателя Кутба (Котба) ʻУсман предстает как «скромный, вежливый, грамотный, знающий, благочестивый», именно он стал собирать священные тексты и расширил мир для религии» (Илаһи сүзне иң башлап җыя ул, Вә дингә юлны киң ачып куя ул) [2, с. 10]. В религиозно-дидактическом сочинении «Нахдж аль-Фарадис» Махмуда ал-Булгари приводится хадис пророка Мухаммада: «У каждого пророка есть товарищ, моим товарищем в раю будет ‘Усман, да будет доволен им Аллах» [3, с. 269].

Известно, что каноническая версия Корана эпохи ʻУсмана ибн ʻАффана была ратифицирована в соответствии с единогласным мнением оставшихся на тот момент в живых асхабов (сподвижников Пророка) о том, что в таком виде читал Коран сам Мухаммад и именно так он был продиктован. Со временем текст этого списка стал единственным и неизменным. ʻУсмана ибн ʻАффан поставил точку в сборе Священного Писания в единую книгу и унифицировал чтение курайшитов, с чем согласилось подавляющее большинство сподвижников. Сделано это было ради сохранения единства мусульман, так как в его правление усилились разногласия в отношении чтения Корана на разных арабских диалектах.

При жизни халифа ʻУсмана предположительно пять первых экземпляров Корана были разосланы в основные города Арабского халифата (один из них хранится в стамбульском дворце Топкапы)1, а шестой экземпляр халиф оставил себе.

Именно шестой экземпляр сохранил историю гибели третьего праведного халифа, о которой подробно рассказывается на страницах религиозно-дидактического сочинения золотоордынского периода «Нахдж аль-Фарадис» «До ‘Али дошла весть о том, что у дверей ‘Усмана, да будет доволен им Аллах, собрались люди. ‘Али, да будет доволен им Аллах, отправил Хасана и Хусайна, а также своего слугу по имени Камбар, чтобы они втроем охраняли двери с мечами. Они стали охранять двери. Двое с мечами в руках вошли через маленькие двери, которые были в задней части дома ‘Усмана. ‘Усман, да будет доволен им Аллах, открыл свиток [Корана] и читал, дойдя до следующего места:

فَسَيَكْفِيكَهُمُ اللَّـهُ وَهُوَ السَّمِيعُ الْعَلِيم.

[«Аллах избавит тебя от них, ибо Он – Слышащий, Знающий» (Коран, сура «Бакара»:137)]. Рядом с ним была жена по имени Наиля. Когда эти двое проклятых вошли с обнаженными мечами и ударили повелителя правоверных ‘Усмана, да будет доволен им Аллах, его кровь брызнула на этот аят. Этот окровавленный свиток [Корана] сегодня находится в Байт аль-Макдисе2. Если паломники просят, [им] выносят [его], и [они] приобщаются к его благодати. Когда те проклятые ударили мечом ‘Усмана, да будет доволен им Аллах, его жена закрыла его собой, и ее тоже ударили мечом, так что ей отрезало половину ладони, и она в слезах забилась в угол. Потом эти двое вышли, и вошел еще кто-то. Повелитель правоверных ‘Усман, да будет доволен им Аллах, [136] был еще жив. Они оттолкнули его жену Наилю в сторону и сильно избили, отчего она стала плакать, ‘Усман, да будет доволен им Аллах, тоже заплакал и проклял того человека. Тем временем его жена сбежала, поднялась на лестницу и закричала: «Двое вошли с заднего двора и убили мечом эмира правоверных!» Хасану и Хусайну об этом ничего не было известно. Когда они открыли двери и вошли, повелитель правоверных ‘Усман, да будет доволен им Аллах, уже погиб смертью мученика, а его свиток [Корана] был забрызган кровью. Они много плакали и говорили: «Поистине, мы принадлежим Аллаху и к Нему возвращаемся». Когда об этом услышал ‘Али, он ударил Хасана и Хусайна [со словами]: «Почему не охраняли двери?» Те сказали: «Мы твердо охраняли двери, но не знали, что эти убийцы вошли с заднего двора». Он пал смертью мученика в пятницу на 18 день месяца Зу-ль-Хиджа. Он перешел в загробный мир в возрасте девяноста лет и выполнял обязанность халифа двенадцать лет без двенадцати дней [3, с. 274]3.

История с шестым экземпляром, принадлежавшим непосредственно халифу ʻУсману, очень загадочна. По версии золотоордынского мыслителя, автора «Нахдж аль-Фарадис», окровавленный список Корана на тот момент (1350–1360 гг.) находился в Иерусалиме [3, с. 274]. По другой версии, четвертый праведный халиф ʻАли увез эту рукопись из Медины в новую столицу – Куфу. Именно оттуда ее забрал Тамерлан после захвата Багдада в XV веке [4].

Один из тех, кто был увлечен историей этого списка Корана ʻУсмана, – известный татарский историк, богослов Ш. Марджани. В своем сочинении он писал, что «Утыз-Имяни4 побывал в Самарканде, где привел в порядок список Корана, который там находился, исправил в нем ошибки, восстановил утраченные листы, причем написал их почерком, подобным почерку оригинала. Этот список находился в одной из комнат медресе аль-Ахрара. Он переходил из рук в руки, люди вырывали из него листы и уносили домой, желая снискать этим благословение. Жители Мавераннахра утверждают, что это тот самый Коран, который был у ʻУсмана ибн ʻАффана, да будет доволен им Аллах» [5, с. 137]. Также Ш. Марджани писал, что «этот список находился у багдадского халифа, был выпрошен среднеазиатским ученым-богословом Абу Бакром аль-Каффалем аш-Шаши (903–975 гг.) и увезен в родной город Шаш (совр. Ташкент). Он передавался по наследству среди его потомков, пока не дошел до шейха ʻУбайдаллаха, тот привез его в Самарканд и отдал в медресе [5, с. 137].

Эта версия достаточно спорная, поскольку вряд ли багдадский халиф такую ценную рукопись «по доброте душевной» отдал даже пусть и уважаемому шейху. Данный список в Самарканде видел сам Ш. Марджани и, проведя анализ, установил, что «этот список Корана в Самарканде не является Кораном [ʻУсмана], хотя он и очень древний и изготовлен по старинным правилам. Листы его – из кожи животных, он огромного размера. В нем нет подстрочных и надстрочных знаков и долгот, буквы “хамза”, точек, названий сур и знаков, разделяющих стихи. Он написан древним куфическим почерком» [5, c. 139].

Однако он считал, что «этот список находился в Каире в начале девятого столетия, то есть намного позже времени Абу Бакра аш-Шаши Каффаля и даже позже времени жизни шейха ʻУбайдаллаха, как показали Ибн Джазари и другие» [5, с. 138].

Несмотря на противоречивые высказывания многих ученых, до сих пор утверждается, что «сейчас древняя рукопись Корана, обагрённая, как полагают, кровью третьего праведного халифа ʻУсмана, хранится в Узбекистане, в Ташкенте, в медресе Муйи Мубарак, входящем в архитектурный ансамбль Хазрати-имама» [4].

Однако мало кто упоминает еще об одной версии того, как Коран ʻУсмана (а возможно, его копии) попал в Самарканд. Эта версия нашла отражение в средневековых мамлюкских источниках XIII–XIV века, где говорится, что Коран Османа был подарен хану Золотой Орды Берке мамлюкским султаном Бейбарсом. Именно в тот период были установлены первые дипломатические связи Золотой Орды с мамлюкским Египтом. Тогда мамлюкский султан Бейбарс, происходивший из тюркских племен, тепло встречал татарских послов и отправлял с ними дорогие подарки золотоордынскому хану и его свите. Согласно средневековым мамлюкским летописям, наряду с многочисленными подарками Бейбарс подарил и отправил Берке Коран ʻУсмана, об этом свидетельствует летопись личного секретаря султана Ибн ʻАбд аз-Захира, в которой написано: «Когда письмо это было окончено, то изготовили высочайшие подарки, как то: священное писание, написанное, как говорят, ʻУсманом, сыном ʻАффана, да ниспошлет ему Аллах свое благоволение, в обложке из красного, шитого золотом атласа, в футляре из кожи, подбитой шелком, налой для него из слоновой кости и чернаго дерева, выложенный частями серебра, с серебряным замком» [6, с. 60]. Этот факт подтверждается и в сочинении Рукнаддина Бейбарса: «Султан обласкал послов Берке и послов Ласкриса, прибывших вместе с ними, изготовил для Берке в подарок всяческие прекрасные вещи, как то: писание священное, писанное, как говорят, (халифом) ʻУсманом, сыном ʻАффана» [6, с. 100] и в летописи ан-Нувайри: «Берке в 661-м году (= 15 ноября 1262 – 3 ноября 1263 г.) вошел в сношение с султаном аль-Маликом аз-Захиром Рукнаддином Бейбарсом ас-Салихи, царем стран египетских и владений сирийских, известив его о том, что Аллах облагодетельствовал его исламом. Султан ответил ему, поздравив его с этой благодатью, и отправил к нему великолепные подарки, в числе которых: священное писание – как говорят (один) из Османовых списков» [6, с. 152]. Список Корана ʻУсмана был отправлен в качестве дорогого подарка от мамлюкского султана Египта в знак уважения, признания легитимации власти хана и государственности Золотой Орды.

Логичности этой версии придерживался Е.А. Резван5, который, правда, ошибочно указал, что датой отправки посольства в Золотую Орду был 1243 год. Но, однако, тогда еще Бейбарс не был правителем мамлюкского Египта.

Учитывая, что после падения Багдада в 1258 году и убийства багдадского халифа6 аль-Мустаʻсыма билляха пристанищем последующих халифов стал Каир, возможно, сюда рукопись попала с беженцами, которые смогли укрыться от армии чингизида Хулагу. В 1261 году мамлюкский султан Бейбарс поставил в Каире халифом беженца из Багдада, который объявил себя потомком 35 халифа аз-Захира (1225–1226). История умалчивает, почему мамлюкский султан доверился этому человеку. По словам арабского историка Абу-ль-Фиды, он прибыл в сообществе нескольких известных людей, и духовенство Египта признало в нем сына халифа аз-Захира. Мы можем предположить, что с ним прибыла в Каир и рукопись Корана, которая когда-то принадлежала третьему праведному халифу ʻУсману ибн ʻАффану, и именно она смогла стать свидетельством его принадлежности к династии халифов. Однако доказательства тому пока не обнаружены, но факт подарка Корана ʻУсмана золотоордынскому правителю Берке неоспорим.

На этом факте строится еще одна догадка. Если в руки правителей мамлюкского Египта попала такая драгоценная рукопись Корана, вряд ли они решились бы отправить ее оригинал «за семь морей», но, вероятно, могли изготовить похожий список, скорее всего, эту копию и подарили. Известно, что вместе с Кораном было отправлено еще множество подарков, для которых был изготовлен отдельный корабль, однако он был захвачен в землях Ласкариса Ласкариса, правителя Никейской империи. После долгих переговоров послы были отпущены и добрались до земель Золотой Орды.

Сейчас мы не можем в точности сказать, был ли доставлен Коран ʻУсмана Берке-хану, история об этом умалчивает. Хотя столь драгоценный подарок мог быть сохранен. Возможно, доставленный послами список Корана ʻУсмана был передан золотоордынскому мусульманскому духовенству и до вторжения Тамерлана (Тимура) хранился в одной из мечетей столицы города Сарая, а позднее был увезен в Самарканд, который на тот момент являлся столицей империи Тамерлана, и долгое время находился в медресе. Впоследствии этот список Корана побывал во многих хранилищах России (Санкт-Петербург, Уфа).

В 1905 году в Санкт-Петербурге было подготовлено к печати факсимиле с прорисовки рукописи. Издание вышло ограниченным тиражом – всего было напечатано 50 экземпляров, пять из которых были преподнесены царствующим особам: российскому императору, турецкому султану, персидскому шаху, бухарскому эмиру ʻАбд-аль-Ахад-хану и его наследнику. В августе 1923 года Коран ʻУсмана в специальном вагоне вывезли в Ташкент, где была произведена его передача. В 1997 году ЮНЕСКО включил Коран ʻУсмана в перечень «Память мира». Один экземпляр списка хранится в Национальном музее Республики Татарстан [9, с. 260–261].

История оригинального списка Корана ʻУсмана остается до сих пор нераскрытой, заключения многих ученых противоречивы, однако несомненным остается его значимость как исламской реликвии в духовном наследии мусульман.

1. Рукопись Топкапы – это более поздняя рукопись Корана, чем предыдущие, но тоже одна из ранних, датированная началом восьмого столетия. Эта рукопись хранится в Музее дворца Топкапы в Стамбуле (Турция). Есть версия, что это один из Коранов ʻУсмана ибн ʻАффана, но большинство сомневаются в этом. Похожие экземпляры есть в Куполе Скалы в Иерусалиме, в мечети Омейядов в Дамаске. Размер рукописи составляет 41 см на 46 см. Он содержит более 99 % текста Корана, не хватает двух страниц (23 суры). Эта рукопись наиболее близка к полному тексту Корана. Мехмед Али Паша (Мухаммад ʻАли), губернатор Египта, отправил её османскому султану Махмуду II в качестве подарка в XIX веке [10 древнейших рукописей Корана в мире. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://old.muslim.uz/index.php/rus/stati/item/7343 (дата обращения: 31.01.2023)]. 2. Аль-Кудс (Иерусалим). 3. Здесь и далее в цитатах сохранены орфография и пунктуация цитируемых источников. – Прим. автора. 4. ‘Абд-ар-Рахим (Габдрахим) Утыз-Имяни аль-Булгари (1752–1836) – татарский поэт-суфий, ученый, религиозный деятель и просветитель. В исламском мире также известен как ученый, восстановивший утерянные фрагменты древнего Корана (т.н. Корана ʻУсмана). 5. Е.А. Резван является одним из известных российских ученых, который посвятил свои научные исследования Корану Османа [7, с. 172]; [8]. 6. Халиф – глава мусульманского общества, замещающий пророка Мухаммада. Халиф был обязан регулировать жизнь верующих в соответствии с шариатом и следить за выполнением ими божественных установлений.