Кросс-культурные брачные союзы в современную эпоху глобализации, интенсификации международного взаимодействия и поликультурности – явление достаточно распространенное, и их число неуклонно растет [1]. Под межкультурными браками имеются в виду такие, в которых супруги определяют себя представителями разных этнических, религиозных, региональных или каких-либо иных культур. При этом разница ценностей и способов выстраивания взаимоотношений часто может приводить к сложностям в отношениях, трансформации идентичности, что существенным образом отражается на субъективном благополучии супругов [2]; [3]; [4]; [5]; [6]; [7]. В исследованиях феномена межкультурной брачности в многонациональной среде актуальным является определение роли религиозного компонента и его влияния на субъективное благополучие супругов. Несмотря на то, что тематика межкультурного супружества является насущной и интерес к вопросу влияния религиозности на субъективное благополучие в межкультурных браках растет, наблюдается дефицит научных исследований в этом направлении. Данная работа призвана восполнить существующий пробел и посвящена рассмотрению религиозности как фактора субъективного благополучия российских женщин в межкультурных браках с гражданами ОАЭ. Материалы данной статьи являются одним из фокусов исследования, выполненного в рамках научной работы (написания магистерской диссертации) на кафедре этнопсихологии и психологических проблем поликультурного образования МГППУ по теме изучения субъективного благополучия российских женщин, проживающих в условиях миграции в ОАЭ в межкультурных браках с эмирати – гражданами этой страны.

Субъективное благополучие в межкультурных браках в условиях миграции представляет собой «комплексное психологическое образование, которое складывается из оценки и отношения мигранта к своей жизни в новых условиях, самому себе и процессам, имеющим важное для него значение, а также опосредовано целым рядом значимых факторов, среди которых особенно важно подчеркнуть настрой принимающего сообщества на принятие мигрантов с их социально-психологическими и культурными особенностями и выбор стратегии аккультурации, к которым прибегают мигранты» [8]. Особенно важно принимать во внимание этнокультурную детерминацию субъективного благополучия личности с учетом ее культурной ориентации, ценностных установок и религиозных убеждений [9].

Согласно известным международным кросс-культурным исследованиям, выполненным под руководством Г. Хофстеде1, российская и эмиратская культуры отчасти похожи: средний уровень индивидуализма и высокий индекс дистанции власти позволяет говорить об их определенном сходстве. Однако своеобразие культурных укладов пролегает по религиозному аспекту, так как Россия – это светское государство, страна с огромным культурным, этническим и религиозным разнообразием и преимущественно православным населением. Конечно, различия российских семей довольно существенны, и специфика каждой из них зависит от конкретного региона, однако в качестве основной тенденции развития института семьи в России можно назвать следующие признаки. Прежде всего, следует указать на нуклеаризацию, так как сегодня большинство семей в России состоят из супружеской пары с детьми или без них; распространены также неполные или монородительские семьи [10], исключение составляют мусульманские регионы Северного Кавказа, а также Тыва, Алтай и Ненецкий автономный округ2. Кроме того, современному отечественному институту семьи присущи снижение рождаемости, малодетность и сознательная бездетность, снижение регистрируемой брачности и рост числа незарегистрированных сожительств и внебрачной рождаемости, увеличение числа разводов и повторных браков. Для российских семей также характерен максимально высокий уровень женской занятости, что сопряжено с размыванием традиционных гендерных ролей мужчины и женщины в супружестве. Сегодня мы наблюдаем изменения в гендерных ролях в семьях России, в динамике взаимоотношений между членами семьи, в восприятии родительства, в распределении обязанностей по дому и в процессе принятия семейных решений. В прошлом мужчина в российском обществе выступал в роли «главы семьи» и «кормильца», однако в современных условиях этот статус теряет свою актуальность. Большинство российских женщин сегодня поддерживают идею отсутствия «главы» в семье и выступают за совместное принятие решений. Некоторые из них испытывают разочарование из-за перемен в семейной структуре и ищут выход в альтернативных, часто межкультурных брачных союзах с мужчинами из такой среды, где продолжают ценить традиционные семейные ценности [10]; [11].

ОАЭ – страна, в которой ислам объявлен государственной религией. В центре внимания эмиратского общества, как и в любом мусульманском социуме, находится семья, которая строится на принципах патриархата и строгой иерархии: муж является главой семьи, а жена и дети подчиняются ему. Семейный уклад, основанный на коллективистических ценностях, охватывает не только непосредственных членов семьи, но и всех родственников, создавая так называемую расширенную семью. Ислам укрепляет и поддерживает устоявшиеся гендерные нормы и поведения. От женщины ожидается, чтобы она дорожила традиционными женскими ролями в семье и следовала им в первую очередь в качестве хозяйки и матери, в то время как занятие профессиональной деятельностью вне дома считается прерогативой мужчин [12].

Законодательные нормы, регулирующие семейные отношения, в странах Ближнего Востока тесно связаны с религиозными установками, и это приводит к тому, что в этих регионах закон позволяет мужчинам заключать несколько браков одновременно, в то время как сожительство без регистрации брака считается незаконным и подлежит уголовной ответственности. Женщины в этих странах находятся под защитой своих родственников (отца и братьев) или мужа после замужества. Замужество с иностранцами среди женщин из эмиратов, даже из более открытых семей, является редким случаем и может быть заключено только по специальному разрешению, поскольку обычно запрещено законодательством. Однако, несмотря на культурные и религиозные традиции, прежде всего вытекающие непосредственно из Корана [13], которые позволяют мужчинам-эмирати вступать в брак с женщинами других вероисповеданий – с христианками и иудейками, в реальной жизни такой интернациональный брак встречается редко. Общее мнение среди мусульман и в особенности среди мусульман-арабов часто характеризуется отторжением браков с представителями других религиозных общин, и от иностранной супруги ожидается принятие ислама и следование местным обычаям.

В рамках исламского мировоззрения брачные отношения имеют особую религиозную значимость и ценность. Ислам активно поддерживает идею брака, считая его необходимым и желательным, так как он удовлетворяет естественные потребности мужчины и женщины, способствует социальному благополучию и личностному росту. Отказ от брачных уз неизбежно приводит к потере душевного равновесия и затрудняет социальное развитие индивида. Такая позиция является прямым отрицанием собственных желаний и потребностей, что, в свою очередь, неизбежно приведет к возникновению множества трудностей и неудач. Важнейшими задачами вступления в брак с точки зрения ислама являются спокойствие души («Среди Его знамений – то, что Он сотворил из вас самих жен для вас, чтобы вы находили в них успокоение, и установил между вами любовь и милосердие» (Коран, 30:21)), а также рождение законного и здорового потомства. Брак улучшает социальное положение мусульман, охраняет их от ошибок и отступничества, оберегает от дурных поступков. Законное супружество – это выход за пределы своего эго, оно порождает ответственность за других людей, что способствует личностному развитию и социальной ответственности. В философии ислама зрелость, взрослость, состоятельность человека возможны только в браке [14].

Этнокультурные особенности России и ОАЭ имеют значительные различия, что неизбежно сказывается на формировании межкультурных семей среди представителей этих стран. Традиции брачных связей и семейных устоев каждой из культур оставляют свой отпечаток на взаимоотношениях в таких семьях, влияя на личное счастье каждого супруга. В контексте межкультурных союзов российских женщин с гражданами ОАЭ, где доминирует эмиратская культура, на российскую супругу возлагается большая ответственность за свою социальную адаптацию к арабской среде.

Женщины из России, выбравшие путь межкультурных браков с жителями ОАЭ, часто сталкиваются с трудностями в общении со своими инокультурными партнерами, их семьями и окружающим обществом. Совместное бытие супругов разного культурного происхождения с порой противоречащими друг другу мировоззрениями и картами ценностей ведет к необходимости психологической адаптации к во многом отличной системе смыслов, что, несомненно, сказывается на переживании субъективного благополучия женщин. Каким образом вероисповедание россиянок помогает им в адаптации в межкультурном супружестве и как влияет на их субъективное благополучие или неблагополучие является главным вопросом данного исследования.

В проведенном нами исследовании использовалась качественная методология. В сентябре-ноябре 2023 года проходил поиск методом «снежного кома» и интервьюирование респондентов. Интервью проводилось во время очной беседы с респондентами и в среднем длилось 120–150 минут. Предварительно респондентам была предоставлена информация об основной теме исследования, о политике конфиденциальности и последующем использовании ответов. Применялся метод полуструктурированного интервью с использованием заранее подготовленного списка вопросов – гайда. Целью интервью было получение знаний о мире респондента путем его расспрашивания, исследования заранее определенных аспектов жизненного мира интервьюируемого, а именно – опыта проживания супружеской жизни с мужем из другой культуры и влияния религиозности женщин на их субъективное благополучие в кросс-культурном браке. Последовательность вопросов варьировалась в зависимости от индивидуального хода беседы с респондентом. Интервью полностью записывались на диктофон с согласия респондентов. Затем ответы, полученные в ходе интервью, были транскрибированы, переведены в текстовый формат для последующего анализа.

Эмпирическую базу исследования составили результаты 11 интервью российских женщин. География происхождения интервьюируемых достаточно обширна: респондентки родом из Сочи, Санкт-Петербурга, Москвы, Подмосковья, Ульяновска, Перми, Нижневартовска, Екатеринбурга, Первоуральска, Владивостока. Средний возраст – 35 лет (от 22 до 50 лет), опыт замужества – от 2 лет до 25 лет в браке. Уровень образования у респонденток разный: школьное образование (2 респондентки), среднее специальное/незаконченное высшее (2 респондентки), высшее (7 респонденток). 10 респонденток юридически состоят в браке, 1 – в официальном разводе. 7 респонденток имеют детей в браке (в количестве от 1 до 5), 4 респондентки – в браке без детей. 10 из 11 женщин на момент вступления в брак исповедовали ислам, одна приняла ислам в период замужества.

Гайд интервью включал в себя вступление и три основные части, отражающие логику исследования. Вступление было направлено на знакомство с респондентом, на установление раппорта-контакта, а также разъяснение процедуры интервью. Первый блок задаваемых в интервью вопросов имеет общий характер и касается социально-демографических характеристик респондентки, ее этнического происхождения, вероисповедания, образования, истории переезда, длительности проживания на территории ОАЭ и т.д. Второй блок гайда направлен на исследование супружеского опыта с мужем из другой культуры в условиях эмиграции, удовлетворенности жизнью в целом и семейными отношениями в частности, особенностей проживания, процессов аккультурации и адаптации в новой среде. Третий блок вопросов интервью направлен на исследование содержания субъективного благополучия: какие мысли, чувства и ощущения сопровождают респондентку в ее опыте межкультурного брака с представителем арабской культуры.

Для обработки данных качественного исследования применялся тематический анализ [15], который, как и большинство качественных методов, предполагает восходящее движение от первичной организации данных к их концептуальному видению. Прежде всего массив полученных данных в виде аудиоматериала расшифровывался и переводился в текстовый формат, который впоследствии редуцировался до отдельных кодов. Кодирование производилось разбивкой текста на отдельные фрагменты или смысловые единицы с последующим анализом каждого выделенного фрагмента и конденсацией смысла каждого из них. Следующей ступенью анализа было тематизирование – процедура объединения отдельных кодов в новые, более крупные смысловые кластеры, или темы. Темы – это «эксплицитные и имплицитные паттерны содержания, обнаруживаемые в данных» [16], то есть они включают в себя как манифестное содержание (то, о чем прямо говорится в тексте интервью), так и латентное содержание (то, о чем не говорится прямо, но что подразумевается по смыслу). Сначала проводилось тематическое кодирование для всех случаев отдельно, а затем мы переформулировали их таким образом, чтобы в итоге получилось несколько наиболее важных тем, по которым можно было проводить параллели и сравнения между отдельными респондентами. В результате была сформирована определенная концептуальная структура, которая охватила весь эмпирический материал исследования и создала базу для последующих теоретических размышлений.

Анализ ответов респондентов, раскрывающих влияние религиозности на субъективное благополучие российских женщин в межкультурных браках с гражданами ОАЭ, позволяет сгруппировать их в несколько основных категорий: «упование на Бога», «супружество через отношения с Богом», «благодарность Богу».

Фрагменты интервью, в которых респонденты говорят о внутреннем доверии к Богу в любых своих делах и при любых обстоятельствах, объединены в категорию «упование на Бога»: «У меня есть желания, но как все сложится – ведомо только Аллаху и все будет по воле Аллаха: либо это будет испытание от Аллаха, либо это будет радость тоже по воле Аллаха. Как будет, так будет. Я со своей стороны стараюсь. Чем больше испытаний, тем больше Аллах тебя любит. Важно только то, насколько достойно ты эти испытания проходишь. Сейчас я чувствую, что у меня есть испытание – мне нужно вырастить достойно мою дочь как хорошую мусульманку» (R9). «Иногда, когда я начинаю грустить, я понимаю, что это от шайтана (злой дух в исламе. – Б.Н.), и надо пойти почитать Коран и мне станет лучше. Если такое состояние накатывает, я не позволяю себе в нем зависать. Нет. Я встряхиваюсь и иду дальше, и грусть забывается. Когда что-то случается и выбивает почву из-под ног, меня это не выведет из равновесия надолго: я соберусь, буду совершать дуа (личная мольба мусульманина на родном языке, обращенная к Аллаху. – Б.Н.) Всевышнему и искать выход из ситуации» (R8).

К этой же категории мы относим встречающиеся в материалах интервью изречения об обращении к религиозному ресурсу в самых сложных жизненных ситуациях: «В самые тяжелые моменты я обращалась только к Всевышнем. Я очень много молилась, просила Бога о помощи, делала очень много дуа…» (R1), «Я в этом браке столько рыдала, я столько плакала, мне было так плохо, что у меня ничего не осталось… только поддержка и помощь Всевышнего, мне осталось только сидеть и молиться. Я была очень религиозной, совершала все обязательные и дополнительные молитвы, я находила успокоение только в религии» (R5).

Неоднократно в интервью с россиянками звучали идеи о том, что сохранять определенный уровень близости и доверия, а также справляться с супружескими конфликтными ситуациями помогает обращение к религии, к Богу как к посреднику в межличностном взаимодействии супругов (категория «супружество через отношения с Богом»). «У нас с мужем один и тот же мазхаб (школа шариатского права в исламе. – Б.Н.). Если мы что-то узнаем, то рассказываем друг другу и дополняем корзину знаний друг друга, обучаем друг друга в плане религиозных знаний. Мы двигаемся в одном направлении, нет такого, что кто-то из нас поучает другого. Все это в легкой форме. Примерно на одном уровне мы с ним по религиозности. Не могу сказать, что с замужеством я стала религиознее, но начала соблюдать больше предписаний и они для меня теперь важнее, чем раньше», «Когда конфликты бывают… придерживаюсь исламской точки зрения, что нельзя дуться на человека больше трех дней и ложиться спать, чтобы муж на тебя злился и ты на него. В этом плане мы стараемся этого придерживаться. Я считаю, что нужно обязательно разобраться, объясниться, высказаться, чтобы потом эту ошибку не совершать» (R8). «В исламе есть такое положение, что самое главное в замужестве – это то, чтобы люди нашли друг в друге успокоение. Я стараюсь на это ориентироваться в отношениях с мужем, хотя и не всегда получается…» (R2). «В самый кризисный момент нашего брака, когда я была беременна вторым ребенком и мой муж в то время завязал отношения с другой женщиной, мы друг друга не понимали, мы такие разные, культуры разные. Мне очень сложно было с ним общаться, все было “на ножах”, и я тогда обратилась к религии, приняла ислам и совсем другой дорогой пошла в отношения с мужем. Я начала молиться, изучать религию, в исламский центр ходить. Мой муж на меня совсем иначе посмотрел, сейчас он так говорит о том, как меня увидел в те дни: “Когда ты женишься на правильной женщине, то у тебя будет хорошая семья, хорошее будущее и вообще хорошая жизнь”. Я выстраивала отношения с ним через религию, и ислам наш брак скрепил» (R6), «Я жила свою жизнь с мужем как праведная мусульманская жена. Я все делала ради Всевышнего, это очень укрепляло наш брак, я на многое закрывала глаза и прощала ему ради Аллаха» (R1).

Категория «благодарность Богу» объединяет высказывания респондентов на вопрос о том, насколько благоприятно сложилась их жизнь и личная история в ОАЭ. В их рассуждениях отчетливо звучит идея принятия и внутреннего согласия с любым положением дел и стечением жизненных обстоятельств. «Все то, что со мной происходило и происходит в ОАЭ, – это классный опыт. Все хорошо, альхамдулиллах (в переводе с арабского «Хвала Аллаху». – Б.Н.) (R4), «С тех пор как я сюда приехала, были и хорошие моменты, и плохие. Много проблем случалось, но именно благодаря этим проблемам жизнь построилась так, что то, что у меня в ней есть сейчас, это благодаря тем проблемам, которые у меня были раньше. Это был большой урок: и люди, которые были вокруг меня, и отношение людей ко мне, и мое к ним были как большая жизненная пощечина. Все, что случилось, случилось к лучшему, и у меня такой, я считаю, хороший “хэппи-энд”. Все, что происходит в жизни, – альхамдулиллах. Значит, по какой-то причине мне нужно было это испытать. Хвала Аллаху за все, это все благодаря Ему, мои усилия, наверное, имеют мало значения, все – по Воле Аллаха» (R8), «Да, альхамдулиллах, несмотря ни на что я очень позитивный человек, я не буду рвать волосы на голове. Наоборот, я рада, что это все так произошло, я ни о чем не жалею» (R1), «Сейчас я об этом рассказываю, и мне тяжело вспоминать некоторые моменты, но я воспринимаю это все как урок. Всевышний мне показал различные аспекты, какая может быть жизнь. Альхамдулиллах, я начала очень ценить то, что я имею сейчас. Я считаю, что я любима Всевышним и стараюсь видеть плюсы даже в самых тяжелых моментах. Я благодарна за свой брак Всевышнему Аллаху, это был для меня очередной урок, который привел к моему нынешнему уровню понимания жизни и отношений, мои мольбы никогда не оставались не отвеченными» (R5).

Исследовательские данные показывают, что ислам, выступая как общая религия в рамках рассматриваемых нами российско-эмиратских семей, способствует укреплению общих ценностной в браке, что, в свою очередь, уменьшает стресс в отношениях между представителями разных культур, в том числе благодаря общим взглядам на гендерные роли. Отзывы российских женщин, которые делились своим семейным опытом в ходе интервью, подчеркивают одну из ключевых особенностей их брачных союзов – строгое соблюдение женской гендерной роли в рамках семейной жизни. В исследовании этот аспект объединен в категорию «женская жизнь». «В ОАЭ, так же как у нас на Кавказе, учат, какая должна быть девушка, что главное в жизни, а что – второстепенное. В итоге вся женская жизнь упирается в семью, не в карьеру» (R10), «В эмиратской культуре (не в арабской, а именно в эмиратской) мне нравится отношение к женскому полу, как дают женщинам свободу. Женщины здесь довольно сильные и знают, что хотят, знают, что делать, они любимы, знают себе цену» (R8).

Респондентки отмечают, что женская роль в их супружестве включает в себя не только обязанности по заботе о доме, муже и детях, но и подразумевает достаточное пространство для свободного времяпрепровождения и расслабления. «Залог моего благополучия в том, что у меня есть много свободного времени, которым я могу распоряжаться по своему усмотрению, и это благоприятствует тому, чтобы я была здорова, потому что у меня есть возможность спать столько, сколько мне нужно, у меня есть возможность хорошо питаться, у меня есть возможность заниматься спортом, я могу плавать, я могу позволить себе сходить на массаж несколько раз в месяц, в женский клуб отдохнуть, с подругами посидеть. Женская жизнь здесь протекает совершенно иначе, в Эмиратах четкое разделение гендерных ролей, а в российском обществе они такие, я бы сказала, размытые…» (R2). «Во всех социальных вопросах разбираться – это мужа задача, все бумаги он делает, что-то платить, куда-то поехать – его ответственность. Мне грех жаловаться, особенно зная, как многие женщины в России тяжело живут. А я половину жизни сижу вот у моря, дорогой кофе пью в женском клубе или на пляже наслаждаюсь» (R6). «Я люблю конный спорт, очень люблю лошадей, каждую неделю на море ходим с дочкой, в торговые центры в последнее время повадилась ходить…Я очень много вещей сейчас покупаю, буду второй шкаф скоро покупать, пора уже остановить свой шопоголизм», «Я настолько свободно живу, что даже иногда забываю, что замужем. Я живу так, как мне комфортно, я не трачу время на уборку, нанимаю клининговую службу, даже если мужу это не очень нравится» (R9). «Я не люблю скучную жизнь. Я люблю соразмеренную жизнь, но довольно интересную. Чтобы были моменты, когда ты наслаждаешься, моменты, когда ты расслабляешься, но и не терять себя и оставаться хорошей женой, матерью, хорошей сестрой и подругой, хорошей мусульманкой. Это нелегко, но это того стоит», «Я утром отвожу ребенка в садик. И с 8 до 13 – это мое свободное время, когда я иду в спортзал, поделаю упражнения, посижу в бане, сделаю массаж тела или лица, накрашусь, оденусь, потом поеду по делам или домой приготовить обед. Это моя регулярная рутина. Иногда с девочками на завтраке встречусь, контент для блога запишу, книгу почитаю… или порисую... Просто так не сижу, надо чем-то заниматься новеньким. Если мне что-то нравится, я этим занимаюсь. Свободное время – для меня, для здоровья, для мозгов, и это мне очень хорошо помогало балансировать свое эмоциональное состояние» (R8).

Продолжение темы реализации гендерной роли мы находим в выделенной по результатам анализа материалов интервью категории «женственность», которая объединяет высказывания россиянок о том, как супружеская жизнь с мужчиной-эмирати способствовала раскрытию в них женских качеств и развитию женской идентичности. «Не всем женщинам подойдет замужество с эмиратцем, потому что в отношениях с ним надо уметь быть “за мужем”, находиться чуть позади мужчины, ни в коем случае не командовать, не конфликтовать… у меня тоже не сразу с этим сложилось, даже когда куда-то вместе шли, муж меня осекал всегда, чтобы я впереди него не шла», «Я, наверное, преобразилась с замужеством и материнством: и похудела, и цвет волос поменяла, стала более терпеливой и (особенно с появлением няни для дочки) мягкой, женственной…» (R7). «В браке, как оказалось, очень много компромиссов и общих знаменателей с человеком нужно искать, ухаживать за кем-то тоже стало мне в новинку, заботиться… все это сделало меня более женственной, да и ответственность у меня уменьшилась, потому что я знаю – мой муж разрулит все, что надо, а я пока дома порулю» (R10), «В браке я изменилась, да. Если раньше я была очень вспыльчива, то сейчас я себя немножечко контролирую… Если раньше мне нужно было все “здесь и сразу”, то сейчас у меня появилось терпение, расслабленность определенная. Это все благодаря мужу моему, потому что он очень соразмеренный человек, у него все идет планомерно и пошагово. И я этому у него научилась» (R8). «Когда я в свое время попала в женский клуб эмиратский, общение с женщинами там дало мне возможность задуматься и пересмотреть мою личность, мою повседневность и фокус внимания. Как будто бы я увидела другой образец женского благополучия: оно должно фокусироваться на домашних, семейных делах, на женственности в моем облике и образе мыслей. И я начала в эту сторону поворачиваться, понимая, что, если я хочу в роли эмиратской жены реализоваться, мне подход свой нужно пересмотреть», «Местный дом и быт так устроен, чтобы хозяйка дома всегда была красивая, в этих платьях нарядных с вышивкой сидела на богатых диванах, украшала пространство своей женственностью… и поначалу я усилия прикладывала, чтобы в этом образе статности и женственности быть, а сейчас он стал частью меня, и я этим довольна» (R2).

При вступлении россиянок в брачные отношения с представителями Объединенных Арабских Эмиратов происходит кардинальное преображение их бытовой среды. Этот процесс оказывает существенное воздействие на изменение их социального пространства, личностного развития, а также на переосмысление жизненных ролей и стиля жизни, что, в свою очередь, влияет на их внутреннее состояние. Учитывая, что характер взаимоотношений и бытовой контекст в таких межкультурных браках определяется культурой эмирати, а также тот факт, что существуют значительные социокультурные различия между российским и арабским обществами, можно уверенно утверждать, что перед российской женой встают сложные задачи адаптации и интеграции в эмиратскую культурную среду.

Вступая в брак с гражданином ОАЭ, россиянки ищут не только возможность переезда, но и шанс раскрыть свой личный потенциал. Они настроены на принятие и освоение новых культурных норм, стремясь создать условия, где все потребности будут удовлетворены. Это позволит им достигать своих жизненных целей и, как следствие, повысит их личное благополучие. Такое благополучие, в свою очередь, положительно сказывается на качестве жизни и способности быстро адаптироваться к многообразному межкультурному пространству Эмиратов. Кроме того, оно дает женщинам возможность свободно и уверенно строить и поддерживать позитивные взаимоотношения как с партнером, его семьей, так и с окружающим обществом. Исследование, проведенное нами, выявило, что общая религия супругов ислам, который исповедуют все участницы опроса, играет ключевую позитивную роль в поддержании удовлетворенности жизнью среди российских женщин, состоящих в браке с мужчинами из эмиратской культуры. Исповедующие ислам россиянки, независимо от обстоятельств, связывают свои жизненные события с божественным провидением и мудростью, что позволяет им позитивно воспринимать свои переживания на чужбине. Религиозные убеждения, которыми они делятся в интервью, обеспечивают чувство связи с высшими силами, дают ощущение жизненного смысла и цели, а также помогают адаптироваться к жизни в такой патриархальной исламской стране, как ОАЭ. Эти убеждения также способствуют внутреннему принятию традиционных гендерных ролей женщины в обществе и семье.

Анализ данных интервью показывает, что ключевым фактором, способствующим ощущению личного благополучия у россиянок, вступивших в брак с гражданами ОАЭ, становится наличие у них особой системы ценностей и взглядов на цели и функции семейных отношений, а также на их собственную роль в этом союзе. Удовлетворение от повседневной жизни и способность наслаждаться выполнением своих гендерных обязанностей в рамках межкультурного брака с арабом также играют важную роль. Для россиянок особенно важно активное участие в семейных отношениях, включая отношения с мужем, воспитание детей и общение с родственниками. Исламские культурно-религиозные нормы, типичные для эмиратского общества, обеспечивают возможность удовлетворения этих потребностей в рамках брачного союза.

Схожесть в религиозных убеждениях с инонациональным партнером служит крепким фундаментом для духовной связи в семейной жизни, способствует глубокому совпадению ценностей и смыслов в отношениях с мужем из арабских стран и играет ключевую роль в укреплении взаимопонимания и коммуникации в парах, где встречаются различные культуры. Совместное религиозное самоощущение с супругом служит связующим звеном в браках между россиянками и эмирати, способствует формированию более прочных отношений, опирающихся на общность религиозных убеждений и восприятие любви и семьи в рамках исламской традиции, что неизбежно оказывает положительное влияние на психологическое благополучие женщин.

Исследование, проведенное нами, выявило, что ключевым аспектом личной удовлетворенности женщин, заключивших межкультурные браки с мужчинами из ОАЭ, является их приверженность исламу. Общность религиозных ценностей с инокультурным партнером способствует укреплению ценностного согласия в браке и нейтрализует различия в других аспектах культурных предпочтений. В частности, совместное вероисповедание уменьшает напряжение и стресс в семье благодаря общим взглядам на гендерные роли.

Ценность и новизна нашего исследования заключаются в том, что мы впервые изучили фактор религиозности в контексте его влияния на личную удовлетворенность российских женщин, которые, будучи замужем за гражданами ОАЭ, проживают в поликультурной среде Ближнего Востока.

Приняв решение использовать качественную методологию исследования, мы смогли рассмотреть разнообразие мнений участников о специфике их личного опыта и взглядах на собственное благосостояние в рамках межкультурных брачных пар, а также представить сложный и многогранный мир наших респондентов.

Стоит также отметить ряд ограничений данного исследования. Во-первых, размер и состав выборки: увеличение количества респондентов позволит обеспечить более справедливое представление о предмете исследования, а включение в состав выборки респондентов с альтернативным вероисповеданием позволит более глубоко раскрыть грани изучаемого феномена. Во-вторых, метод сбора данных: слабоструктурированное интервью предполагает, что исследователь может отчасти влиять на получаемые в ходе интервью ответы респондентов. Использование дополнительных методов исследования позволит минимизировать данное ограничение. В-третьих, предвзятость и личный опыт исследователя могут оказывать влияние на интерпретацию полученных результатов в качественном исследовании. Привлечение экспертов для оценки результатов исследования и повышения релевантности его значений поможет частично снять данное ограничение.

Кроме того, в ходе исследования мы не ограничивали выборку по признаку этнической однородности россиянок, принявших участие в исследовании. Можно предположить, что этническая идентичность оказывает влияние на качество супружеской жизни и характер отношений в семье.

Выявленные в ходе исследования перспективные аспекты изучения влияния религиозности на субъективное благополучие россиянок в кросс-культурных браках могут лечь в основу дальнейших качественных и количественных исследований вопросов влияния религиозности на благополучие супругов в кросс-культурных браках, изучения особенностей российско-эмиратских браков и семей, а также научно обоснованных рекомендаций в индивидуальном и семейном консультировании межкультурных семей с российско-эмиратским элементом.

1. Инструмент сравнения стран: Россия и ОАЭ. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://www.hofstede-insights.com/country-comparison-tool?countries=russia%2Cunited+arab+emirates (дата обращения: 15.05.2024). 2. Территории прироста. Где в России высокая рождаемость? [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://iq.hse.ru/news/578262522.html (дата обращения: 18.05.2024).