Preview

Minbar. Islamic Studies

Расширенный поиск

О вкладе народов Мавараннахра в исламские науки

https://doi.org/10.31162/2618-9569-2022-15-2-263-283

Полный текст:

Аннотация

На сегодняшний день изучение наследия великих ученых и мыслителей, проживавших на территории Мавараннахра (Мавераннахра), является одним из основополагающих моментов в деле самоидентификации и становления современного Узбекистана. Их труды помогают не только осознать исторические, национальные и религиозные корни, но и воспитать подрастающее поколение в духе преданности Родине. Они также служат отличным фактологическим и практическим материалом для противоборства религиозному радикализму в новых условиях появления разных угроз. Цель статьи – показать, насколько богато и ценно наследие великих ученых умов Мавараннахра, которое возможно использовать как при изучении самих исламских наук, так и в противодействии современным угрозам в качестве адекватного ответа, а также определить роль ученых мужей Мавараннахра в деле становления и развития зарождающихся исламских наук. В работе использовались как первичные источники, так и вторичные исследования ученых XX – начала XXI в. В качестве основы методологии взяты исторический и сравнительный анализы, хронологическая систематизация материалов. Одним из главных результатов и выводов статьи является то, что в ней еще раз фактически показаны гениальность и многогранность трудов и достижений улемов и подвижников Мавараннахра в деле распространения и развития ислама в регионе.

Для цитирования:


Ёвкочев Ш.А. О вкладе народов Мавараннахра в исламские науки. Minbar. Islamic Studies. 2022;15(2):263-283. https://doi.org/10.31162/2618-9569-2022-15-2-263-283

For citation:


Yovqochev S.A. On the contribution of the Transoxiana (Mawarannahr) peoples to the Islamic sciences. Minbar. Islamic Studies. 2022;15(2):263-283. (In Russ.) https://doi.org/10.31162/2618-9569-2022-15-2-263-283

Введение

В ходе многолетней работы в различных научно-исследовательских, востоковедческих и исламоведческих центрах и учебных заведениях Узбекистана автор статьи обратил внимание на возникшую необходимость по-новому осуществить научное обобщение и систематизацию накопленного материала о вкладе народов Мавараннахра (ныне Узбекистана) в исламские науки. Несмотря на значительное число работ зарубежных и отечественных историков и теологов, в большинстве своем заострявших внимание на одном-двух направлениях поднимаемой темы, в настоящее время отсутствуют весомые исследования, обобщающие вклад народов Мавараннахра в развитие исламских наук. В данной статье сделана попытка на основе всего материала, созданного по оригинальным источникам, проанализировать и обобщить огромный, порой непостижимый разумом вклад исламских улемов Мавараннахра в становление исламских наук. Отметим, что в статье затрагивается лишь 10% имен из всех, кто внес свой вклад в формирование мусульманской теологии. Удивительно, но на сравнительно небольшой территории, ограниченной с двух сторон великими реками Сайхун (Сырдарья) и Джайхун (Амударья), родилось огромное количество знаменитых ученых, философов и улемов – гениев своего времени.

Полученные результаты

Вхождение ислама в Междуречье. Как известно, территория современного Узбекистана географически входит в регион Центральной Азии и находится между руслами двух древних рек – Амударьи и Сырдарьи. До ислама (VII в. н.э.) регион был местом симбиоза разных религиозных учений и верований, таких как зороастризм, шаманизм, манихейство, иудаизм, христианство и тенгрианство. Ислам вошел сюда вместе с первыми адептами – арабами – в середине VII века. Здесь они открыли для себя чрезвычайно мощную культуру и историческое наследие прежних эпох. К примеру, более пятисот лет Бактрия была идеологическим центром буддизма. Согласно хроникам, в окрестностях Термеза действовали десятки буддийских святилищ, населенных тысячами монахов и послушников. В среде простого народа продолжали жить и самые древние обычаи, связанные с почитанием природных стихий, таких, например, как Оахшо – речного бога Амударьи1. Такие же примеры можно привести как по местным религиям – зороастризму и манихейству, так и пришедшим из Ближнего Востока – раннему христианству и иудаизму.

На протяжении истории регион назывался по-разному: Трансоксания, Туран, Мавараннахр, Туркестан и Средняя Азия (ныне Центральная Азия) [1, с. 14]. Появившись впервые на границах Турана в 651 году, арабы стали называть регион Мавераннахром2 (с араб. «то, что за рекой»). Совершая частые набеги, они истребляли или уводили в рабство мирное население. Планомерное завоевание Мавараннахра арабы начинают при халифе ‘Абд-аль-Малике (685–705), когда внутри халифата прекратились междоусобные войны.

В 705 году арабский полководец Кутайба ибн Муслим аль-Бахили (668–715) начинает последовательное завоевание региона [2, с. 31–36]. Сначала, в 705 году, он подчинил Бадгис, граничивший с Хорасаном; в 706 году – Пайкенд3. В 707–708 гг. осуществляет покорение всего Бухарского оазиса. Дольше всех продержалась Бухара (709–712 гг.), выдержав четыре штурма арабов [3, с. 52]. В 711–715 гг. войска Кутайбы подчиняют Хорезм и Самарканд, Ташкент, Фергану [2, с. 46, 49–53].

Политика в отношении Мавараннахра была довольно простой и сводилась к подавлению всякого сопротивления посредством «меча, кнута и огня». Естественно, насаждение новой религии в регионе встречало усиленное сопротивление местных народов. В 713–714 гг., под конец своих завоевательных походов, Кутайба предпринял еще одну попытку исламизации региона, которая не имела ожидаемого успеха. Внедрение норм раннего ислама протекало с серьезными затруднениями – коренное население продолжало исповедовать свои исконные религии и культы. Особо ожесточенная борьба велась с зороастризмом: были разрушены все храмы огня, вместо которых возводились соборные мечети4, запрещены игра на музыкальных инструментах и оплакивание покойных, что издавна было неотъемлемой традицией местных народов. Безусловно, всё это вызывало негодование людей. Упорную борьбу за Мавараннахр арабы вели и против Тюркского каганата и китайской империи Тан5.

В начале политики исламизации арабы облагали различными налогами немусульманское население (зимми), позднее пытались финансово стимулировать тех, кто принимал ислам и посещал пятничные молитвы в мечетях. Согласно исследованиям историка Абу-Бакра Мухаммада ан-Наршахи, Кутайба, построив соборную мечеть в Бухаре, давал каждому, кто посещал пятничную молитву, по два дирхема [3, с. 35]. Однако политика «пряника» не дала должного эффекта, и тогда в дело был пущен smart power того периода – миссионерская пропаганда суфиев. Благодаря благочестивому поведению и образу жизни суфии стали объектом для подражания. В качестве проповедников они сыграли важную роль во второй волне исламизации региона (IX–XIII вв.), способствовали распространению ислама как среди оседлого населения, так и кочевых народов региона, при этом пропагандируя формы простого ислама, адаптированного к местным условиям и древним религиозным учениям6.

Сотни богословов Мавараннахра во главе с Имамом аль-Матуриди и Абу-Му‘ином ан-Насафи в течение почти двухсот лет (IX–XI) в спорах с представителями других мазхабов в своих трудах доказывали, что большинство местных обрядов и обычаев не противоречат основам ислама, способствуя тем самым зарождению в регионе отличной от других формы бытования ислама – матуридитского толка ханафитского мазхаба.

Таким образом, завершению исламизации населения способствовали два главных фактора: во-первых, распространение суфизма, во-вторых, адаптация богословами Мавараннахра местных урф и адат7 к исламской догматике путем доказательства их непротиворечивости основным источникам исламского права.

С проникновением ислама в Центральную Азию связывается активный этап его развития, который воспринимался людьми не формально, а осмысленно. При этом уместно говорить о целом феномене, когда в регионе, не являющемся исконно арабским и даже мусульманским, появляется целый ряд выдающихся улемов (‘уляма) и факихов (фукаха’), чей вклад в становление и развитие исламских наук беспрекословно признается приверженцами ислама.

Самыми знаменитыми личностями, повлиявшими на всё развитие мусульманского богословия, были крупнейшие знатоки Священного Корана и Сунны Пророка: Мухаммад аль-Бухари (810–870), Имам ад-Дарими (797–869), Имам ат-Термизи (умер в конце IX в.), Имам аль-Матуриди (870–944) и др. Во второй половине девятого века были составлены шесть признанных сборников хадисов (сахих), два из которых написаны выходцами из Мавараннахра (аль-Бухари, ат-Термизи). Сборник, составленный Имамом аль-Бухари, и по сей день является первым по значимости святым источником после Священного Корана.

В рамках статьи приведем сведения о наиболее ярких и выдающихся личностях (рассказать обо всех невозможно в силу огромного количества известных улемов региона, не говоря о том, что о многих других до нас дошли лишь скудные сведения), известных всему мусульманскому миру и внесших неоценимый вклад в становление и развитие исламских наук и культуру.

Вклад мусульманских улемов Мавараннахра

Неоспорим факт, что благодатная земля Узбекистана была родиной многих великих ученых-богословов, оставивших яркий след в памяти народов, в истории мусульманского мира и всего человечества.

Имам аль-Бухари, полное имя Абу-‘Абдуллах Мухаммад ибн Исма‘иль ибн Ибрахим аль-Джу‘фи аль-Бухари (810–870) – знаменитый ученый-хадисовед, бухарец, учился богословию в Дамаске и Багдаде [4, с. 5]. Историки утверждают, что Имам аль-Бухари обладал феноменальной памятью. В возрасте семи лет он знал наизусть весь Коран, а в десять лет – несколько тысяч хадисов.

Аль-Бухари – автор знаменитого сборника хадисов «аль-Джами‘ асСахих» (Достоверный сборник), который составлялся им в течение 16 лет. Еще одним знаменитым его трудом является «аль-Адаб аль-Муфрад» (Книга благонравия) [5, с. 262–263]. Считается, что богослов собрал и записал около 600 тысяч хадисов – преданий, основанных на случаях из жизни или какомлибо изречении Пророка Мухаммада [6, с. 78]. Более 12 веков «аль-Джами‘ ас-Сахих» остается для мусульман первым по значимости теологическим трудом после Корана. По последним исследованиям, аль-Бухари написал 21 произведение [7, с. 14–15].

Еще одним знаменитым богословом-суфием был Абу-‘Абдуллах Мухаммад ибн ‘Али ат-Термизи, известный как аль-Хаким ат-Термизи (755–869). Данные о времени его рождения и смерти ставятся под сомнение отдельными исследователями [8, с. 30]. Аль-Хаким ат-Термизи с детства усердно занимался исламскими науками. В 27 лет отправился в хадж и по пути в Мекку посетил ряд известных городов, таких как Куфа, Багдад, Басра и др. Аль-Хаким ат-Термизи стал крупнейшим представителем среднеазиатского суфизма. По свидетельству современников, он оставил после себя более 400 произведений, к сожалению, до нас дошли лишь 57 [8, с. 41]. За глубину его познаний и широту кругозора он получил уважаемое прозвище аль-Хаким (мудрый). В своих произведениях ат-Термизи затрагивал вопросы души, ее состояний и движений. Он развил учения о способах самосовершенствования и обуздания нафса, о страдании как очищении от грехов, которые оказали огромное влияние на последующую суфийскую психологию. Аль-Хаким ат-Термизи был одним из первых, кто в своем произведении «Тазкират аль-Авлийа» (Рассказы о святых) теоретически обосновал суфийские представления об авлийа (святых) и развил ‘ильм (учение о способах самосовершенствования) [9, с. 89–90]; [8, с. 40].

Другой известный исламский хадисовед, знаток мусульманского права – Абу-‘Иса Мухаммад ибн ‘Иса ат-Термизи (824–892) [8, с. 114], известный в мусульманском мире как Имам ат-Термизи [10, с. 65]. Он составил «аль-Джами‘», или «Сунан ат-Тирмизи», книгу хадисов, которая в списке шести наиболее авторитетных сборников хадисов мусульманского мира (асСыхах ас-Ситта) стоит на третьем месте (после сборников хадисов аль-Бухари и Муслима) [10, с. 76]. Имам ат-Тирмизи внес большой вклад в развитие хадисоведения, углубив и дополнив классификацию хадисов [10, с. 78] на сахих (достоверные) и да‘иф (слабые) такими хадисами, как хасан (хорошие) и гариб (т.е хадисы, имеющие одного передатчика, неизвестные). В своей классификации он дал четкое определение и разграничение между этими классами хадисов. Кроме того, следует подчеркнуть и роль Имама ат-Термизи в легитимации в исламской традиции местных ритуалов, обычаев, обрядов и их разъяснении [8, с. 128–130].

Имам ад-Дарими (798–869), Абу-Мухаммад ад-Дарими – ‘Абдаллах ибн ‘Абд-ар-Рахман ибн аль-Фадль ат-Тамими – выдающийся хадисовед и комментатор Корана, имам, хафиз, Шейх-уль-ислам Самарканда [4, с. 17]. Происходит из рода Дарима ибн Малика. Родился в Самарканде, обучался у шейхов Мекки, Медины, Хорасана, Шама, Ирака и Египта. Его учениками были такие имамы, как Муслим ан-Нишапури, Абу-Давуд ас-Сиджистани, Абу-‘Иса ат-Термизи, Абу-‘Абд-ар-Рахман ан-Насаи, Ибн-аль-Баззар, ‘Абд ибн Хумайд. Отличался поразительным умом, правдивостью и аскетизмом, известно, что он отказался от должности кадия Самарканда. Его перу принадлежит сборник хадисов «аль-Муснад аль-‘Али» и ряд других трудов по хадисам и тафсирам. Среди них наиболее известен сборник хадисов «Сунан ад-Дарими», или «Муснад ад-Дарими», а также работа «Тафсир аль-Ку’ран аль-Карим» (Комментарий к священному Корану) [4, с. 18].

Ярким представителем теологии, мусульманского права (фикх), шариата и каляма в Мавараннахре стал Абу-Мансур аль-Матуриди (870–944). В мусульманском мире известен как Имам аль-Матуриди. Он родился и скончался в Самарканде [11, с. 84, 89]. Сегодня трудно сказать, сколько всего было написано им произведений: до нас дошли лишь пятнадцать – труды по каляму (богословие и искусство диспутов), усуль аль-фикху (методология фикха), тафсиру (комментарии к Корану) и др. Его комментарий к Корану «Та’вилят альКур’ан аль-Карим» (Толкование Священного Корана) имел большое научное и практическое значение для того времени [12, с. 84]. Вторым направлением его изысканий стал калям, нашедший отражение в «Китаб ат-Тавхид» (Книга о единобожии), в которой он изложил основы правоверного суннитского мировоззрения и подверг критике учения различных еретических сект8. Третьим направлением творчества аль-Матуриди является мусульманское право, которому он посвятил две книги – «Источник законов» и «Книга по диалектике»9.

Абу-Бакр Мухаммад ибн ‘Али аш-Шаши (904–975), известный как аль-Каффаль аш-Шаши, Хазрат Имам (Господин Имам) – исламский богослов, ученый, правовед шафиитского мазхаба, хадисовед и лингвист [4, с. 111]. С его именем связывают распространение шафиитского мазхаба в Мавараннахре. Он родился в 904 году в городе Шаш (ныне Ташкент) [4, с. 111]. В поисках знаний объездил многие духовные центры исламского мира, учился в Хорасане, Багдаде, завершил образование в Сирии. Утверждают, что в молодости он был мутазилитом, но затем обратился в аш‘аризм. Распространял шафиитский мазхаб в Мавараннахре. По утверждению аль-Джувайни (ум. 1085), аль-Каффаль обучался каляму у самого аль-Аш‘ари (ум. 935). В течение 55 лет аль-Каффаль проповедовал в Шаше учение о божественной мудрости (‘Ильм аль-хикма) [13, с. 46].

Аль-Каффаль является автором сочинений по фикху, основам фикха, хадисоведению, догматике, толкованию Корана. В них он изложил аль-усуль (методологию) и аль-фуру‘ (частные вопросы) шафиитского мазхаба. Комментирование «ар-Рисаля» (Послания) имама аш-Шафи‘и было способом распространения и адаптации его учения к местным условиям. Им было составлен Тафсир к Корану (толкование). По утверждению Абу-Исхака аш-Ширази, аль-Каффаль был первым из факихов, кто написал «хорошую книгу» о диалектике спора (аль-джадаль аль-хасан) [4, с. 116].

Абу-аль-Касим Махмуд ибн ‘Умар аз-Замахшари (1075–1144) – ученый-энциклопедист, критик, хадисовед, великолепный филолог-арабист, литератор, знаток Корана. Много путешествовал в поисках знаний. Отправившись в хадж, он более пяти лет прожил в Мекке, где большую часть времени провел у Каабы, просвещая странников и паломников, за что получил прозвище Джар Аллах (покровительствуемый Аллахом) [4, с. 142–143]. Он единственный из наших соотечественников, кто получил такое прозвище. Кроме того, за огромные достижения в науках аз-Замахшари был прозван Фахр Хаваризм (гордость Хорезма) [14, с. 74]. Сам он родился в одном из крупных поселений Хорезма – кишлаке Замахшар, оттого и получил нисбу – аз-Замахшари. К моменту рождения аз-Замахшари Хорезм был полностью исламизирован, однако арабский язык оставался привилегией состоятельных людей. Таким образом, интерес Махмуда аз-Замахшари к написанию работ по грамматике арабского языка был мотивирован не только сложившейся к тому времени в регионе арабо-мусульманской культурой, но и острой необходимостью читать религиозные источники, которые были написаны на арабском языке. Учитывая стремление людей изучать арабский язык, он создал «аль-Муфассаль фи с.ун‘ат аль-и‘раб» (Подробное описание в арабской грамматике), а также пособие (словарь) для изучения арабского языка не арабами – «Мукаддимат аль-Адаб» (Введение в литературу) [15, с. 66–67]. «АльМуфассаль», после «аль-Китаб» (Книги грамматики) Сибавейхи, является вторым авторитетным трудом по арабской грамматике.

Имам аз-Замахшари был видным представителем ханафитского мазхаба и мутазилитской богословской школы. Главным трудом аз-Замахшари стал его комментарий к Корану «аль-Кяшшаф», который он завершил в 1134 году в Мекке [4, с. 146]. По сути, это толкование является первым образцом научной критики арабского текста, единственным полным мутазилитским комментарием к Корану, сохранившимся до наших дней [14, с. 75]. Отметим, что из известных 50 произведений аз-Замахшари до нас дошли около 20 трудов.

Бурхануддин аль-Маргинани (1123–1197), полное имя ‘Али ибн АбуБакр ибн ‘Абд-аль-Джалиль ал-Фаргони ар-Риштони аль-Маргинани, – великий мыслитель, один из основоположников исламского правоведения, ученый, философ-поэт, богослов, получивший титул Шейх-уль-ислама [4, с. 101].

К основным произведениям автора относятся следующие: «Нашр альМазхаб» (Распространение мазхаба), «Китаб Манасик аль-Хаджж» (Книга о правилах совершения хаджа), «Китаб аль-Фараид» (Книга о праве наследства), «Китаб ат-Тажнис ва-аль-мазид» (собрание фетв), «Китаб аль-Машайих» (Книга о шейхах), «Мазид фи аль-Фуру‘-аль-Ханафиййа» (Дополнения к вопросам ханафитской школы), «Бидайат аль-Мубтади» (Вступление к изучению закона), «Кифайат аль-мунтахи» (Заключительное обучение для заканчивающих), «аль-Хидайа» (четырехтомный комментарий к книге «Кифайат аль-Мунтахи») [4, с. 103]. Аль-Маргинани не только внес значительный вклад в развитие фикха, но и воспитал целую плеяду учеников, создав таким образом свою мусульманско-юридическую школу. К большому сожалению, не все вышеперечисленные книги дошли до нас. Лишь четыре из них: «Бидайат аль-Мубтади», «Маджма‘ Мухтарат ан-навазиль», «Хидайа фи аль-Фикх» и «аль-Кифайа фи шарх Хидайа» – не утеряны и хранятся в Институте востоковедения АН Республики Узбекистан.

Свой знаменитый труд по исламскому праву «аль-Хидайа» он закончил в апреле 1178 г. По сути, начиная с XIII «аль-Хидайа» становится наиболее авторитетным пособием для правоведов ханафитского толка. Согласно исследованиям ученых, это произведение было переведено на русский, персидский, английский и другие языки, послужило основанием для написания более чем 60 комментариев в разных мусульманских странах [4, с. 101].

Абу-аль-Му‘ин ан-Насафи (1046–1115) – самый важный после Имама Абу-Мансура аль-Матуриди представитель ханафитского богословия в матуридитском вероучении суннизма в Центральной Азии [11, с. 84–85].

Абу-аль-Му‘ин ан-Насафи родился в Насафе (нынешний Карши), был одним из видных представителей каляма и ‘акыды (суннитского богословия и догматики), сыграл важную роль в широком распространении учения матуридия, разработанного Абу-Мансуром аль-Матуриди на основе вероучений Имама Абу-Ханифы. Он написал множество работ, направленных на прояснение неправильных представлений об исламе и борьбу с религиозным фанатизмом: «Табсырат аль-Адилля» (Изложение доказательств) считается второй важной работой после «Китаб ат-Тавхид» Имама аль-Матуриди; «атТамхид ли-Кава‘ид ат-Тавхид» (Введение в принципы единобожия) представляет собой краткое изложение «Табсырат аль-Адилля» (Изложение доказательств); «Бахр аль-Калям фи ‘Ильм аль-Тавхид» (Океан дискуссий о науке единобожия) сегодня является одним из основных источников каляма в матуридизме [4, с. 161–163].

Подвижничество суфийских тарикатов в Мавараннахре

История суфизма – мистико-аскетического течения в исламе, важного направления духовного возрождения – имеет глубокие корни в Центральной Азии. Предназначением суфизма была защита ислама от выхолащивания эмоциональной и интуитивной сторон религиозного опыта. Именно суфии достигали наибольшей действенности своих миссионерских проповедей среди тюрков-кочевников10, способствовали появлению таких тарикатов, как Кубравиййа, Йасавиййа и Накшбандиййа. Вначале суфизм распространялся в городах, затем – среди номадического населения Дашт-и Кипчака (в степных территориях выше Сырдарьи).

Заслугой суфийских тарикатов является не только исламизация Мавараннахра и Дашт-и Кипчака, но и преданность вере в борьбе против иноземных захватчиков, в частности, против монгольских завоевателей. Лозунг Бахауддина Накшбанда «Дил ба ёру даст ба кор» (Душа должна быть обращена к Богу, а руки должны быть в работе) превратился в образ жизни населения и на многие столетия стал основой его социально-политической активности.

Суфийские тарикаты (ордена) оказали значительное влияние на власть и общественное сознание. Под контролем суфийских общин находились мечети, медресе, без их участия не обходились общественные и частные церемонии (похоронные и свадебные церемонии). Пиры тарикатов пользовались огромным авторитетом среди всех слоев населения [17, с. 9–10]; [18, с. 177–178]. В регионе широко известна практика зийарата (посещение могилы святых). Ярким примером этого служат мавзолеи в Туркестане, Самарканде, Бухаре, Ташкенте, Термезе [16, с. 157] и других городах.

Сам суфизм пришел в Мавараннахр во второй половине XI века. Главным подвижником этого течения здесь был Йусуф аль-Хамадани. Его ученики ‘Абд-аль-Халик Гидждувани и Ахмад Йасави стали основоположниками двух ветвей суфизма в Мавараннахре [17, с. 7].

В ХII веке в Мавараннахре и Великой степи зародилось учение Йасавиййа, в конце ХII века в Хорезме – Кубравиййа, в XIV веке в Бухаре – Накшбандиййа. Как продолжение в Бухаре сформировался и до сих пор свято чтится культ семи пиров: Ходжи ‘Абд-аль-Халика Гидждувани (1103–1179), Ходжи Мухаммада ‘Ариф Ревгари (1165–1262), Ходжи Мухаммада Анжира Фагнави (умер прибл. 1315–1317), Ходжи ‘Али Рамитони (1195–1321), Ходжи Мухаммада Бобо Самоси (ум. 1335), Ходжи Саййида аль-Амира Кулала (1281–1370) и Ходжи Бахауддина Накшбанда (1318–1389) [17].

‘Абд-аль-Халик Гидждувани (1103–1179), полное имя Хаджа ‘Абдаль-Халик ибн ‘Абд-аль-Джалиль аль-Гидждувани [19, с. 54], – духовный наставник (муршид) [4, с. 228] многих пиров мавараннахрской школы суфизма. Его отец был имамом мечети в городе Гидждуване. В девять лет Гидждувани выучил наизусть Коран, с десятилетнего возраста принимал участие в суфийских ритуалах. Религиозные знания Гидждувани получил в Бухаре, где был учеником известнейшего в те времена ученого Аллома Садреддина.

С приходом Гидждувани и вплоть до Бахауддина Накшбанда тарикат назывался «Тарик хаджагон» (Хаджагонийя). Несмотря на то, что ‘Абд-альХалик Гидждувани принял духовное посвящение от Йусуфа аль-Хамадани, который также был шейхом Ахмада Йасави, в отличие от последнего он сделал скрытый зикр основой духовного преобразования вступившего на этот путь мусульманина и выдвинул одиннадцать принципов тариката, четыре из которых были переняты им от наставника-учителя Йусуфа аль-Хамадани. Гидждувани дальше развил теорию своего учителя, продолжая духовную последовательность цепи Накшбандиййа – сильсилю (цепь передачи духовного наставничества). Свое учение Гидждувани распространял в Хорезме и Хорасане. Спустя века, оба этих тариката имели место во всей Центральной Азии, Анатолии и на Балканах. ‘Абд-аль-Халик Гидждувани умер в 1220 г. и был захоронен в родном городе.

Хаджа Ахмад Йасави (1103–1166), известный в народе как Хазрат Султан, – философ, исламский проповедник, суфийский поэт, автор цикла стихов «Дивани хикмат». Писал труды на староузбекском (чагатайском) языке. Основав школу суфизма и воспитав большое количество последователей, сыграл одну из ключевых ролей в распространении ислама среди тюрков-номадов Великой степи. Является третьим пиром тариката Ходжагон, основателем тариката Йасавиййа. Он был приверженцем громкого зикра и распространял свое учение в Мавараннахре. Умер и похоронен в Туркестане (совр. Казахстан). По приказу Амира Тимура на месте захоронения Ахмада Йасави был воздвигнут мавзолей, ставший почитаемым местом паломничества (зийарата) для мусульман региона11.

Еще одним крупным подвижником-суфием в Мавараннахре был Аҳмад ибн ‘Умар ибн Муҳаммад аль-Хивакы аль-Хаваризми (1145–1221), известный как Наджм-ад-дин аль-Кубра. Он также носил имена-прозвища Абу-аль-Джаннаб, Наджмуддин, Таммат аль-Кубра (достижение великих) [4, с. 219]. Наджмуддин Кубра родился в Хиве (один из городов Хорезма), прославился не только как подвижник-суфий, но и как великий мыслитель, много путешествовавший, постигший известные на тот период науки. В Египте он становится учеником шейха Рузбихана аль-Ваззана аль-Мисри, который обучает его секретам суфизма и выдает за него свою дочь; в Тебризе (Иран) изучает калям, основы тасаввуфа и становится признанным суфием, получив из рук Исма‘иля аль-Кисри одеяние суфиев – хирка-йи табаррук [4, с. 219]; [20, с. 139]. По возвращении на родину Наджмуддин аль-Кубра основывает суфийскую школу и таким образом дает начало учению, получившему название «Кубравиййа», создает ряд трудов на арабском и персидском языках, в которых развивает свои взгляды на суфизм: «Шарх ас-Сунна ва-аль-Масалих» (Комментарий к Сунне и добродетели), «аль-Усуль аль-‘ашара» (Десять основных правил и законов), «ар-Рисаля фи ас-Сулюк» (Послание о поведении), «Рисалят ат-Турук» (Послание о путях постижения Аллаха) и др. [4, с. 221]. Как известно, в основе его учения лежат десять правил, описанные в аль-Усуль аль-‘ашара: тавба (покаяние), зухд (отречение от мирского), таваккуль (путь к божеству), кана‘ат (довольствование в имеющемся), ‘узлят (путешествование вдали от дома), муракаба (поиск совершенства), мулязамат аз-зикр (постоянный зикр), таваджжух (духовная трансмиссия), сабр (терпение) и рида (хождение в народ) [4, с. 221].

Тарикат Кубравиййа выступает за защиту Родины и борьбу за ее свободу. При нашествии Чингизхана на Хорезм в 1221 г. Наджмуддин Кубра вместе с учениками участвовал в боях против захватчиков и погиб с мечом в руке [21, с. 202].

В XIV в. суфийские учения стали усиленно развиваться с приходом к власти Амира Тимура. Известно, что духовным наставником Амира Тимура был Мир Саййид Барака, один из подвижников тариката Йасавиййа12. При благосклонном отношении Тимура и его потомков в Мавараннахре распространилось накшбандийское учение.

Основатель тариката – Бахауддин Накшабанд (1338–1389). Полное имя – Бахауддин Мухаммад ибн Мухаммад аль-Бухари, прозвище Накшбанд он получил в детстве от отца, ткача и чеканщика (накшбанд – чеканщик). Говоря о вкладе Накшбанда в суфизм, ради справедливости следует отметить, что он значительно укрепил и развил суфийское движение. В своих трудах Бахауддин Накшбанд (нам известны лишь два: «Хайят-Намэ» и «Далиль аль-‘Ашикын») заложил основы собственного учения, которое спустя век стало именоваться «Накшбандиййа» и широко распространилось в мусульманском мире13.

Бахауддин родился в селении Касри-Хиндуван вблизи Бухары. Первым его духовным учителем был Мухаммад Бобо Самоси [4, с. 280], после смерти которого Бахауддин продолжает обучение у шейха Сайида Амира Кулалы [4, с. 280–281]. Спустя время, став зрелым суфийским наставником, Бахауддин проповедовал простоту и непритязательность религии, резко отвергал аскезу и уход от общества [4, с. 283]. Накшбанд не любил показную набожность, называя это двуличием (мунафака) и показушностью, громкий зикр и бродяжничество [22, с. 141–142]. Наперекор «громкому зикру» Накшбанд распространил «тихий зикр» с определенной методикой дыхания14, сформулировал одиннадцать правил медитации (мушахада).

В основе его учения лежит идея о достижении духовного совершенства путем труда и богослужения. Последователи учения призывали к чистоте, трудолюбию, помощи нуждающимся, к чистосердечию и скромности. Слова Бахауддина «дил ба ёру, даст ба кор» (душа – Богу, руки – труду) отображают характерную особенность учения Накшбандиййа [22, с. 46].

Ходжа ‘Убайдуллах ибн Ходжа Махмуд ибн Ходжа Шихабуддин Шаши Багистани Самарканди (1404–1489/90), также известный как Ходжа Ахрар, – наиболее известный религиозный и государственный деятель Мавараннахра [4, с. 337]. Родился в поселке Багистан Шаша (ныне Ташкент), затем проживал в Самарканде, поэтому в его нисбе стояло два названия: Багистани Самарканди. Похоронен в Ташкенте. Был шейхом и духовным лидером суфийского тариката Накшбанди [4, с. 337]. В суфизме почитается в качестве святого под именем Ходжи Ахрара Вали [4, с. 337].

Известность шейха ‘Убайдуллаха была огромной. В качестве признанного лидера духовенства Мавараннахра он выступил против светского правления Улугбека [23, с. 51]; [24, с. 48–49]. С приходом Ходжи Ахрара эпоха просвещения в Мавараннахре сменилась скатыванием к тотальной сакрализации жизни населения. Все явления, признанные нешариатскими, яростно искоренялись из общественной жизни [18, с. 178].

Ходжа Ахрар стал самым богатым из людей в Туркестане: ему принадлежали обширные земли и недвижимость по всему региону, подаренные простолюдинами, богатым сословием и правителями региона. По свидетельству мусульман, Ходжа Ахрар жил очень скромно и значительную часть своих доходов тратил на благотворительность, строительство мечетей, медресе и суфийских ханака (общежитий) по всей стране15 (в Самарканде, Бухаре, Герате, Кабуле и других городах). Многие правители Мавараннахра считали себя его мюридами и сподвижниками [24, с. 51–52].

Его перу принадлежит примерно десять произведений. Первый и самый значительный из трактатов Ходжи Ахрара «Рисаля-и Валидия» (Родительское наставление) был посвящен путям познания Аллаха и специфике ордена Хаджаган; следующий труд «Рисаля-и Хаурайе» (Послание о гуриях) – исследованию рубаи шейха Абу-Са‘ида Фадлюллаха Абу-ль-Хайра Махнаи16; два других труда – «Факарат алъ-‘арифин» (Параграфы познавших) и «Мальфузат» (Изречения) – представляют собой сборники его изречений и афоризмов [4, с. 347].

Суфи Аллаяр (1634–1721) – известный в Туркестанском крае суфийский поэт и литератор, философ и богослов [4, с. 407], родился в селе Минглар (под Самаркандом), происходил из узбекского рода утарчи [4, с. 407]. Большое влияние на Суфи Аллаяра оказал его отец Аллахкули, уделявший особое внимание религиозному образованию сына. Его он получил в медресе Бухары. Здесь он стал мюридом накшбандийских шейхов: Ходжи Му’мина, Мухаммада Газни, Пири Кямиля Шайха Суфи Навруза Бухари и Пири Кямиля Шайха Хабибуллаха [4, с. 408]. Степень и приставку к имени – Суфи – он получил за особые заслуги перед тарикатом и знания шариата.

Лишь в конце своей жизни, много лет прожив в Каттакургане (город под Самаркандом), он начал путешествовать. Суфи Аллаяр был искуссным поэтом и литератором, перу которого принадлежат такие произведения, как «Мурад аль-‘арифин» (Цель знающих), «Масляк муттакын» (Путь верных), «Сабат аль-‘ажизин» (Уроки слабых), «Махзан аль-Муты‘ин» (Хранилище покорных), «Киёматнома» (Послание Судного дня), «Мубарак хадж сафари» (Путешествие для благородного хаджа), а также множество лирических стихов. Важность и популярность Суфи Аллаяра была настолько значительной в просвещении народа региона, что в старых мадраса (медресе) Туркестана дети обучались по четырем книгам этого суфийского поэта-философа: «Хафтияк», «Чахор китоб», «Суфи Оллоёр» и «Хафиз» [4, с. 409]. Произведения Суфи Аллаяра были популярны не только в Туркестане, но и в Турции, Индостане, Аравии и России, где переиздавались несколько раз. Наряду с узбекским языком Аллаяр писал также на персидско-таджикском и арабском языках [4, с. 416].

Таким образом, обобщая роль и значение суфизма в Мавараннахре, а затем и в Туркестане, следует подчеркнуть, что Тасаввуф стал частью духовной жизни всего населения региона. Деятельность видных суфийских шейхов была направлена как на улучшение социально-экономической и политической обстановки, так и на укрепление ханафитского мазхаба в регионе.

Заключение

Следует подчеркнуть, что население Мавараннахра внесло огромный вклад в развитие исламской цивилизации и формирование исламских наук, что является общепризнанным фактом во всем мусульманском мире. Здесь впервые стали действовать такие организации научной деятельности, как Академия Ма’муна в Хорезме, Академия Улугбека и др. Как правило, при академиях действовали обсерватории и библиотеки, а также высшие учебные заведения того периода – мадраса, где наряду с религиозными науками преподавались светские предметы. На базах мадраса стали появляться первые библиотеки, ставшие неотъемлемой частью академической науки. Таким образом, впервые было уравновешено преподавание светских и религиозных предметов в учебных заведениях, давших толчок расцвету исламских наук и искусству в эпоху Тимуридов.

Можно утверждать, что земля Мавараннахра дала всему миру целую плеяду исламских ученых, которые своими изысканиями внесли огромный вклад в развитие мусульманской цивилизации. В настоящее время в Узбекистане идет целенаправленная работа по дальнейшему раскрытию славных имен ученых-богословов и познанию их роли в развитии науки и мусульманской культуры. Перечислить все имена, тем более рассказать об их жизни и творчестве, в рамках одной статьи не представляется возможным. Изучая наследие предков, современные ученые Узбекистана восхищаются их упорством, целеустремленностью, многогранностью и гениальностью умов.

Мавараннахр (территория нынешнего Узбекистана) стал без преувеличения одним из главных очагов развития исламских наук и исламской культуры и внес существенный вклад в развитие общечеловеческой и мусульманской цивилизаций.

1. Кудряшев А. Священные места в долине Сурхандарьи до сих пор не раскрыли всех своих тайн. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://fr.fergananews.com/articles/4750 (дата обращения: 28.04.2022).

2. Завоевание Средней Азии Арабским халифатом. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://histerl.ru/perekrestki-civilizacij/zavoevanie-srednej-azii-arabskim-xalifatom.htm (дата обращения: 28.04.2022).

3. Развалины древнего согдийского города Пайкенда располагаются в 55 км к юго-западу от Бухары. (Примеч. авт.)

4. Распространение ислама в Мавераннахре в раннем средневековье. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://testhistory.ru/history.php?id=his_3_36 (дата обращения: 28.04.2022).

5. Завоевание Средней Азии Арабским халифатом. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://histerl.ru/perekrestki-civilizacij/zavoevanie-srednej-azii-arabskim-xalifatom.htm (дата обращения: 28.04.2022).

6. Ёвкочев Ш.А. Симбиоз ислама с доисламскими верованиями в Центральной Азии. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://www.academia.edu/28941559 (дата обращения: 30.04.2022).

7. Местная форма обрядовой практики и обычаев, в данном случае предшествовавшая Исламу. (Прим. авт.)

8. Вклад средневековых ученых Узбекистана в развитие богословия. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://old.muslim.uz/index.php/rus/novosti-2018/item/9498 (дата обращения: 03.05.2022).

9. Там же.

10. Суфизм – бриллиант ислама (Роль харизматических лидеров тасаввуфа в распространении религии в Центральной Азии). [Электронный источник]. – Режим доступа: www.altyn-orda.kz/sufizmbrilliantislama-rol-xarizmaticheskix-liderov-tasavvufa-v-rasprostranenii-religii-v-centralnoj-azii (дата обращения: 03.05.2022).

11. Мавзолей Ходжа Ахмед Яссави. [Электронный источник]. – Режим доступа: https://azretsultan.kz/rus/mavzolej-hodzha-ahmeda-yasavi/ (дата обращения: 12.05.2022).

12. Малышева Н. «В справедливости сила». О Великом эмире Тимуре. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://rossasia.sibro.ru/voshod/article/52573 (дата обращения: 12.05.2022).; Ибн Арабаш. «Аджайиб ал-макдур фи тарих-и Таймур». [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://www.sites.google.com/site/shekitarixi/ibn-arabsah#_Toc313924883 (дата обращения: 12.05.2022).

13. Шейх Бахауддин Накшбанди. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: quran-sunna.ru/shejxbaxauddinnakshbandi (дата обращения: 04.05.2022).

14. Там же.

15. Шейх Бахауддин Накшбанди. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: quran-sunna.ru/shejxbaxauddinnakshbandi (дата обращения: 04.05.2022).

16. Поэт, мыслитель, один из столпов суфизма (967–1049). Взгляды Абу-Са‘ида Махнаи оказали большое влияние на произведения Абу-ль-Маджда Санои, Фаридаддина ‘Аттара, Джаляляддина Руми.

Список литературы

1. Камолиддин Ш.С. Древнетюркская топонимия Средней Азии. Ташкент: Шарк; 2006. 191 с.

2. Gibb H.A.R. The Arab conquest in Central Asia. London: The Royal Asiatic Society; 1923. 102 p.

3. Абу Бакр Мухаммад ибн Джа‘фар ан-Наршахи. Та’рих-и Бухара. История Бухары. Камолиддин Ш.С. (пер., комм. и прим.). Ташкент: SMIASIA; 2011. 600 с.

4. Буюк юрт алломалари. Уватов У. (тахрири остида). Тошкент: O’zbekiston; 2018. 424 б.

5. Маънавият юлдузлари: (Марказий Осиёлик машҳур сиймолар, алломалар, адиблар). Хайруллаев М.М. (масъул мухаррир). Тошкент: А. Қодирий номидаги халқ мероси нашр.; 2001. 408 б.

6. Бойко К.А. Хадис. Ислам: энциклопедический словарь. Прозоров С.М. (отв. ред.). М.: Наука, ГРВЛ; 1991. C. 262–263.

7. Уватов У. Имoм Aл-Бухoрий. Бархаёт аждодларимиз. Tошкент: Tafakkur; 2018. Б. 14–15.

8. Буюк Термизийлар: Термез тазкираси. Кенжабек М. (ред.). Тошкент: Узбекистон миллий энциклопедияси; 2017. 528 б.

9. Уватов У., Жураев O. Хаким Термизий. Бархаёт аждодларимиз. Tошкент: Tafakkur; 2018. Б. 89–90.

10. Мухаммадиев С. Имом Термизий. Бархаёт аждодларимиз. Tошкент: Tafakkur; 2018. Б. 30.

11. Саидмухтор Окилов. Абу Мансур Ал-Мотуридий илмий мероси ва мотуридия таълимоти. Тошкент: Hilol-Nashr; 2020. 344 б.

12. Мухаммадиев Ф. Имом Мотрудий. Бархаёт аждодларимиз. Tошкент: Tafakkur; 2018. Б. 84.

13. Прозоров С.М. Ал-‘Аййаши. Ислам на территории бывшей Российской империи: Энциклопедический словарь. Прозоров С.М. (сост. и отв. ред.). М.: Восточная литература; 2006. С. 46.

14. Халидов А.Б. Аз-Замахшари. Ислам: энциклопедический словарь. Прозоров С.М. (ред.). М.: Наука, ГРВЛ; 1991. С. 74–75.

15. Жураев О. Махмуд Замахшарий. Бархаёт аждодларимиз. Tошкент: Tafakkur; 2018. Б. 66–67.

16. Ёвкочев Ш.А. Роль доисламских верований в формировании местной формы ислама в Центральной Азии. Тенгрианство и эпическое наследие народов Евразии: истоки и современность. Сборник статей VI-й Международной научно-практической конференции (14-16 июня 2017 г., Астана, Казахстан). 1-е изд. Астана: ТОО Мастер По; 2017. С. 157–162.

17. Асророва Л. Тарикатнинг етти пири. Тошкент: Узбекистон халкаро ислом академияси; 2019. 144 б.

18. Бабаджанов Б.М. К вопросу о восприятии статуса суфийского шайха (на примере Хаджа Ахрара). Arabia Vitalis. Арабский Восток, ислам, древняя Аравия. Сб. ст. в честь В.В. Наумкина. М.: Ин-т востоковедения РАН; 2005. С. 177–190.

19. Акимушкин О.Ф. Ал-Гидждувани. Ислам: энциклопедический словарь. Прозоров. С.М. (ред.). М.: Наука, ГРВЛ; 1991. С. 54.

20. Акимушкин О.Ф. Ал-Кубра. Ислам: энциклопедический словарь. Прозоров. С.М. (ред.). М.: Наука, ГРВЛ; 1991. С. 139.

21. Кобзева О.П. Возрождение исламских ценностей и преподавание основ исламской культуры в Узбекистане в XXI веке. Ислам в современном мире. 2015;11(3):199–208. DOI: 10.20536/2074-1529-2015-11-3-199-208.

22. Раззаков Г., Рахимов К. Хожагон-Нақшбандия тариқати ва етти пир. Тошкент: O’zbekiston; 2020. 168 б.

23. Суванкулов И. Святыни Самарканда. Уролов А. (ред.). Самарканд: Фан; 2007. 147 с.

24. Белоглазов А.В. Влияние ислама на политические процессы в Центральной Азии: учеб.пособие. Казань: Казан. ун-т; 2013. 294 с.


Об авторе

Ш. А. Ёвкочев
Ташкентский государственный университет востоковедения
Узбекистан

Ёвкочев Шухрат Акмалевич, доктор политических наук, профессор кафедры политики и международных отношений
стран Востока

г. Ташкент

 



Рецензия

Для цитирования:


Ёвкочев Ш.А. О вкладе народов Мавараннахра в исламские науки. Minbar. Islamic Studies. 2022;15(2):263-283. https://doi.org/10.31162/2618-9569-2022-15-2-263-283

For citation:


Yovqochev S.A. On the contribution of the Transoxiana (Mawarannahr) peoples to the Islamic sciences. Minbar. Islamic Studies. 2022;15(2):263-283. (In Russ.) https://doi.org/10.31162/2618-9569-2022-15-2-263-283

Просмотров: 115


Creative Commons License
Контент доступен под лицензией Creative Commons Attribution 4.0 License.


ISSN 2618-9569 (Print)
ISSN 2712-7990 (Online)