Preview

Minbar. Islamic Studies

Расширенный поиск

Женские мусульманские организации в Татарстане: между традиционализацией и модернизацией

https://doi.org/10.31162/2618-9569-2019-12-4-985-1000

Полный текст:

Аннотация

Статья посвящена становлению женских мусульманских организаций и женской мусульманской организационной активности в Республике Татарстан в постсоветский период. В исследовании развивается идея, что как на уровне практик, так и на уровне идеологии рассматриваемые организации следуют как традиционным, так и современным модерным ценностям. Такое сочетание характерно как для организаций, которые действуют на территории мечетей, так и для гражданских объединений, которые функционируют за пределами мечетей. Совмещение разных ценностей можно объяснить двумя основными причинами: 1) влиянием со стороны секуляризированного контекста современного общества; 2) светским “доисламским” опытом части мусульманских активисток. Для определенной части мусульманских организаций также важно апеллировать к историческому прошлому региона, в том числе к первым женским исламским объединениям дореволюционного периода, возникновение которых также было результатом процессов эмансипации в религиозной среде.

Автор заявляет об отсутствии конфликта интересов.

Для цитирования:


Гараев Д.М. Женские мусульманские организации в Татарстане: между традиционализацией и модернизацией. Minbar. Islamic Studies. 2019;12(4):985-1000. https://doi.org/10.31162/2618-9569-2019-12-4-985-1000

For citation:


Garaev D.M. Female Muslim Organizations in Tatarstan: Between Traditionalization and Modernization. Minbar. Islamic Studies. 2019;12(4):985-1000. (In Russ.) https://doi.org/10.31162/2618-9569-2019-12-4-985-1000

Введение

Последовавшее после распада СССР возрастание в публичном простран­стве России роли религиозного фактора принимает порой разные формы и, безусловно, несет отпечаток как советского прошлого, так и постсоветского настоящего. Это можно наблюдать, в частности, на примере деятельности многочисленных организаций, которые создавались мусульманками в по­стсоветском Татарстане. В представленной статье, основанной на изучении уставов таких организаций, выступлений их представителей в СМИ, а также на основе собственных наблюдений и бесед, которые я проводил в период с 2010 по 2013 годы, я обозначу основные тенденции, которые влияют как на декларируемые цели, так и на направления работы этих мусульманских объ­единений.

Мой анализ уставов женских мусульманских (и, частично, этно-национальных татарских) организаций Татарстана позволяет говорить о том, что в целях и задачах таких объединений, формировавшихся в 1990-е и 2000-е годы, присутствовало сочетание призыва к возрождению традиционалист­ского уклада с декларированием таких вполне модернистских ценностей, как права женщин на активное общественное и политическое участие.

Необходимо отметить, что в фокус моего внимания входят не только мусульманские организации, отвечающие за так называемый женский во­прос, но и любые общественные объединения, фонды и клубы Казани и Та­тарстана, которые возглавляют практикующие мусульманки, то есть соблю­дающие такие мусульманские предписания, как ношение платка-хиджаба, чтение намаза и т.д.

Влияние модернистских тенденций светского окружения происходит на традиционалистском фоне религиозной сферы. Применительно к женским мусульманским организациям Татарстана сочетание традиционалистских и модернистских ценностей можно наблюдать уже в уставных целях многих мусульманских и национальных женских организаций. Например, в Уставе самой крупной мусульманской организации Татарстана «Союза мусульманок Татарстана», с одной стороны, декларируются традиционалистские ценности - «повышение роли материнства, укрепление роли семьи и нравственных устоев» - а с другой, постулируются ценности современного общества: «ак­тивизация женщин в общественной, социальной и культурной жизни».

Или, например, в целях Ассоциации татарских женщин «Ак калфак» (первая национальная женская организация в постсоветском Татарстане, создана в 1992 году при Всемирном конгрессе татар) заявлено, что, с одной стороны, татарские женщины должны сохранять национальный генофонд и возрождать национальные семейные и народные традиции, а с другой, долж­ны стремиться к государственной и политической деятельности». В 2000-е годы эта организация участвовала совместно с женскими мусульманскими объединениями в организации совместных мероприятий.

Институционализация женских мусульманских организаций как части официальных структур

Первая женская мусульманская организация появилась в Республи­ке Татарстан в 1995 году. Ее создала татарская журналистка и общественная активистка Альмира Адиатуллина. Первоначальное название организации «Женщины за духовное возрождение», позднее она была переименована в Общественную организацию «Муслима», которая с 1997 года стала издавать газету с одноименным названием. Деятельность этой организации оказалась достаточно заметной в общественном поле не только Татарстана, но и России. В частности, в 2003 году Альмира Адиатуллина совместно со своей единомыш­ленницей, социологом по образованию, Зульфией Фаткуллиной, добилась в Верховном суде страны права для мусульманок России фотографироваться на паспорт не снимая платка. В общественном поле Альмира Адиатуллина также стала известна как активный борец с пивным баром у стен Казанского Кремля и крупным рок-фестивалем «Сотворение мира», который также проводился ря­дом с Кремлем и расположенной в ней мечетью Кул Шариф. Кроме того, орга­низация «Муслима» выступила инициатором ряда конкурсов «нравственности и духовности»: «Сөембикә сеңеллә», «Җыен мусульман» и «Сестры и братья Сююмбике». Неслучайно, что в названии многих мероприятий присутствует слово «Сююмбика». Альмира Адиатуллина в советские годы работала журна­листом в татарской газете «Азат хатын» («Свободная женщина»), которая в 1992 году была переименована в «Сююмбике». Дело в том, что Сююмбика - это имя последней царицы Казанского ханства, очень популярный в национальной историографии персонаж, ставший символом свободной татарской женщины.

Первая крупная женская мусульманская организация, официально под­держанная Духовным управлением мусульман Республики Татарстан, была создана в 2005 году. Ею стала Общественная организация «Союз мусульма­нок Татарстана» (ОО «СМТ»). Председателем Союза избрана общественная активистка Наиля Зиганшина. Как заявляют организаторы Союза через свой официальный сайт, данная организация видит себя наследницей Съезда женщин-мусульманок 1917 года (Москва).

«Союз мусульманок Татарстана» был инициатором организации клуба по работе с молодежью «Азан», национальной «Школы невест», Центра се­мьи «Ханума» для одиноких и разведенных семей, Службы сохранения семьи и семейных отношений «Талакка кадэр» («До развода»). Союз также запу­стил на местном радио «Новый век» передачу «Тормыш элифбасы» («Азбу­ка брака»), в которой рассказывал о нравственном воспитании молодежи, о женских проблемах, о семейных ценностях и т.д.

Союз мусульманок Татарстана был организатором Фестиваля мусуль­манской моды и Конкурса мусульманской красоты. Данные мероприятия, ко­торые, с одной стороны, призваны пропагандировать традиционные ценно­сти, с другой стороны, являются по форме примером активного присутствия мусульманок в публичном пространстве, использовании роли морального субъекта при помощи новых современных методов. Ведь сам формат данных мероприятий (показ мод, конкурс красоты) зародился в европейских странах под влиянием модернизационных тенденций женской эмансипации и фор­мирований «индустрий красоты», что также является свидетельством соче­тания в деятельности женских мусульманских организаций в Татарстане двух тенденций: традиционализации и модернизации.

В апреле 2013 года в Духовном управлении мусульман был создан Ко­митет по делам семьи, детей и женщин, который вновь возглавила Наиля Зиганшина.

Параллельно в апреле 2013 года в ДУМ РТ был организован благот­ворительный отдел, который возглавила мусульманка Лейсан Давлетшина. Весь состав отдела также был женский. Данный отдел занимался сбором и распределением средств для поддержки нуждающихся, организацией бла­готворительных акций. За первые полгода своей работы в 2013 году они, в частности, провели такие акции, как «Сабантуй» для сиротских домов, выезд в дельфинарий, театр и зоопарк для детей инвалидов, акцию «Собери ребенка в школу», где они дарили детям из нуждающихся семей школьные при­надлежности. Основной акцент в первые месяцы работы этот отдел сделал на помощи несовершеннолетним: сиротам, инвалидам, детям из многодетных или социально неблагополучных семей. Впоследствии они расширили спектр своей работы. Как указала Лейсан Давлетшина в одном из интервью, бла­готворительный отдел ДУМ РТ собирался начать сотрудничество с Детским хосписом Казани и с домами престарелых, а также в честь праздника Кур­бан-байрам, помимо угощений для детей и пенсионеров, была запланирова­на ярмарка-распродажа детских поделок, все средства от продажи которых должны были пойти в поддержку казанских детских домой, реабилитацион­ного центра «Апрель» и Детского хосписа.

Тот факт, что благотворительным отделом ДУМ РТ руководили жен­щины и ориентация их работы на решение таких социальных проблем, как сиротство, дети-инвалиды, одинокие старики, показывает, что в публичной сфере женщины-мусульманки занимаются осуществлением работы по заботе и уходу, то есть теми же функциями, которые женщины выполняют в приват­ной сфере традиционных семейных отношений.

Однако, как отмечала руководитель благотворительного отдела ДУМ РТ, их работа, помимо решения социальных проблем общества, призвана из­менить отношение окружающих к мусульманам и исламу.

Выход мусульманок в публичное пространство, обозначение себя в нем как высокоморальных субъектов, активное участие в решении социальных проблем, работа по формированию образа ислама - все это примеры особой эмансипированной роли мусульманок-активисток в публичном поле Казани и Татарстана, отказ от пассивного положения.

Помимо проведения множества публичных акций, от мусульманских конкурсов красоты до борьбы за закрытие пивных баров и рок-фестивалей, показателем модернистских тенденций стало появление в Казани женских мусульманских деловых сообществ.

В частности, в апреле 2013 года при казанской мечети «Ярдэм» был создан Женский мусульманский деловой клуб, ориентированный на реше­ние мусульманками совместных деловых проектов. Тот факт, что в рамках такого традиционно консервативного института, как мечеть, формируют­ся женские мусульманские организации эмансипированного типа, является свидетельством новой роли, которую занимают женщины и женские мусуль­манские организации в этом поле.

Руководителем этого Женского мусульманского делового клуба явля­ется директор мусульманского Реабилитационного центра для незрячих при мечети «Ярдэм» Малика Гильмутдинова. В подчинении Гильмутдиновой в данном Центре соответственно находятся как женщины, так и мужчины.

Показательным стало то, что одно из первых заседаний данного дело­вого клуба было посвящено праву мусульманок на труд и самостоятельный доход. Как отмечают организаторы клуба, «оказывается, что некоторые мусульманки вообще не знали, что женщина в исламе имеет право на труд». Руководительница клуба Малика Гильмудинова в лекции, прочитанной в рамках его заседаний, также высказалась за активное участие женщин в об­щественной жизни:

«К сожалению, не все понимают, что ислам стимулирует женщину к ее духовному, образовательному, творческому росту, поощряет проявление энту­зиазма в общественной жизни. Женщина в исламе имеет право на получение образования, на труд на благо общества», - отметила Малика-ханум.

На заседании выступила также жена муфтия Татарстана Латифа Са­мигуллина, которая рассказала о том, как должна вести себя работающая женщина и какие условия при этом она должна соблюдать. Кроме того, она выступила за создание единой мусульманской базы данных, которая объеди­няла бы работодателя и соискателей.

В рамках заседаний клуба также были встречи с дизайнерами мусуль­манской моды, которые рассказывали о деловой одежде мусульманок, а так­же читали лекции по тайм-менеджменту.

Показательно, что в клубе для деловых мусульманок на время заседаний был организован временный детский сад: «Примечательно, что для удобства участниц клуба, имеющих маленьких детей, создан специальный мини-садик, где мамочки на время собрания смогут спокойно оставить своих детей с компе­тентными педагогами в игровой комнате. Так, желающих оставить своих де­тишек оказалось немало, и на 2 часа создался своеобразные маленький мусуль­манский детский сад, где детишки весело и с пользой провели свое время».

Если анализировать те ценности, которые пропагандируют данные ор­ганизации, как на примере описанного заседания, так и на примере анализа уставов женских мусульманских организаций, то имеются все основания для предположения, что основная роль, предписываемая этими организациями современным мусульманкам Казани и Татарстана, соответствует использу­емой в гендерном подходе категории «контракт работающая мать». Основу этого контракта составляет представление о том, что женщина должна сов­мещать сразу две роли - в публичной сфере роль рабочей занятости, а в при­ватной сфере сохранять традиционную семейную патриархальную роль [1].

Женская мусульманская активность может выражаться не только в со­здании крупных объединений, но и в реализации своей стратегии на более локальных уровнях. Например, через создание детских мусульманских цен­тров. В Казани за исследуемый период создавались и закрывались по различ­ным причинам несколько десятков подобных центров. Данные детские цен­тры работают по аналогии с детскими садами. Наиболее известные из них: «Балалар», «Росток», «Ярдэм», «Изумрудный город», «Фиолетовая корова» и т.д. Руководят данными центрами женщины-мусульманки, воспитатель­ный состав также сформирован в основном из женщин.

Наличие подобных центров также является свидетельством того, что мусульманки в публичной сфере осуществляют практики, характерные для приватных традиционалистских семейных отношений: осуществление за­боты и ухода. Однако, во-первых, создавая подобные детские центры, они создают возможность для других мусульманок приобретать свободное для работы и личных дел время. Ведь сами организаторы таких центров стал­киваются с подобными проблемами в своей повседневной жизни. Как рас­сказывали мне некоторые руководители таких курсов, им самим приходится совмещать воспитание детей с трудовой деятельностью.

Во-вторых, подобные центры довольно часто открываются мусульман­ками при мечетях, что является одним из примеров того, что происходит по­степенное декодирование мечети как пространства исключительно мужского. Одновременно с этим необходимо отметить, что, само собой, представители муфтията позволяют это женское присутствие в мечети только потому, что женщины выполняют там социально-благотворительные функции заботы, не претендуя на руководящую роль в рамках мечетей.

Например, такая ситуация была у располагавшегося в казанской мечети «Аль Марджани» детского центра «Балалар», руководящий и преподаватель­ский состав которого полностью был сформирован из женщин-мусульманок. Руководила данным центром сотрудница мечети «Аль Марджани». Симпто­матично появление подобного центра именно в мечети, которая традици­онно считается мужским пространством. Мечеть «Аль Марджани» является старейшей каменной мечетью Казани, архитектурным символом ислама в ре­гионе. Если учесть также тот факт, что данная мечеть является регулярным местом организации мероприятий и собраний женского движения «Мусли­ма», то можно говорить о том, что женская мусульманская активность в Ка­зани стремится постепенно поменять представление о том, что мечеть - это исключительно мужское пространство. Участие женщин в организации при мечетях Казани образовательного процесса, деловых мероприятий, издания газет, является показателем возросшей роли женщин на территории мечетей.

Женский мусульманский активизм за пределами мечетей

Однако далеко не всегда женская мусульманская активность проявляет себя только на территории мечетей или как часть муфтията. Немало орга­низаций появлялось как результат развития мусульманского гражданского общества. В частности, примером тому стало создание в 2008 году «Мусуль­манского дома «Жемчужина веры», который не позиционируется как жен­ская мусульманская организация и имеет смешанный гендерный состав, но который возглавила известная в Казани мусульманская благотворительница Тереза Камалова. Она руководит и организует финансирование данного за­ведения, в котором располагаются учебные аудитории для лекций по исламу, мусульманский салон красоты, магазин, офисные помещения и т.п. В подчи­нении Терезы Камаловой трудятся, как уже было отмечено выше, и мужчи­ны, и женщины. Сама Камалова известная в Татарстане личность: дочь быв­шего мэра Казани, до прихода в ислам считалась ярким персонажем светской жизни столицы Татарстана, вела собственную программу на местном телеви­дении, занималась бизнесом. Однако в середине 2000-х годов она оставляет активную светскую жизнь и решает посвятить себя исламу и благотворитель­ности. С этой целью она решает открыть свой мусульманский центр.

Другой такой точкой роста женской мусульманской активности в нача­ле 2010-х годов можно назвать татарстанское представительство всероссий­ского благотворительного фонда «Солидарность».

Сама организация, которая базируется в Москве, не позиционирует себя как женское объединение, однако из шести человек, входящих в руко­водство фонда, пять - это женщины. В том числе Президент Фонда Лилия Мухамадьярова, а также руководитель филиала в Казани Сюмбель Валиул­лина. Фонд был основан в Москве 2009 году, а филиал в Казани, который начал свою работу в 2010 году, стал первым представительством данной организации в регионах. Лилия Мухамадьярова и Сюмбель Валиуллина яв­ляются журналистами по профессии. Мухамадьярова закончила факультет журналистики Оренбургского государственного университета и работала корреспондентом в «Новой газете», а также политическим обозревателем в «Независимой газете». Сюмбель Валиуллина - выпускница факультета журналистики Казанского государственного университета, была корреспонден­том телекомпании «Татарстан - Новый век». Параллельно со своей основной работой они активно занимались социальными проектами. Волонтерский отряд фонда «Солидарность» в Казани, которым руководила Сюмбель Вали­уллина, имел гендерно-смешанный состав.

Как отмечает руководитель Фонда «Солидарность», основная цель их организации - работа с малообеспеченными семьями.

Аналогичная информация содержится и на официальном сайте www.solidamost.su, где цели организации описаны следующим образом: «Мы предлагаем Вам участвовать в этом милосердном деле - помогать сиротам и бедным семьям, где тяжело болеют дети. Мы предлагаем поддержать наш призыв: «Добро - наша молитва!» и присоединиться к благотворительной деятельности Фонда «Солидарность».

На мой взгляд, на примере данного Фонда ориентация на решение про­блем семей и детей, то есть осуществление заботы в публичном пространстве, является показателем того, что, как я уже отметил выше, женские мусульман­ские организации в публичном пространстве выполняют примерно те же тра­диционалистские функции, какие женщины выполняют в приватной сфере традиционных семейных отношений - функцию заботы и ухода.

Однако помимо участия в решении социальных проблем внутри России, в таких регионах, как Татарстан, Нижегородская область, Москва, Чечня, Ин­гушетия, Дагестан и Кабардино-Балкария, данный Фонд работает и в Пале­стине. С целью организации помощи жителям оккупированных территорий Фонд ежегодно объявляет сбор пожертвований по всей России и отправляет данную помощь на Ближний Восток - жителям сектора Газа. Данные акции, которые свидетельствуют об общемусульманской солидарности, проходили и в Казани. Призывая оказывать помощь жителям сектора Газа, апеллируя к идее общемусульманской солидарности, Фонд соответственно актуализирует политические вопросы, связанные с проблемами Ближнего Востока.

Кроме того, руководитель Фонда Лилия Мухамадьярова учредила ин­формационный портал «Слово без границ» (wordyou.ru), который особое внимание уделяет таким правозащитным темам, как вопрос хиджаба, запрет мусульманской литературы, проблемы мусульман в разных регионах и т.д. Мусульманки Казани также принимают активное участие в написании ста­тей и новостей для данного ресурса. Таким образом, мусульманки не только участвуют в социальных акциях, но и стремятся формировать тренды в сов­ременном российском исламе, актуализируя те или иные темы и проблемы, то есть влиять на повестку дня.

На мой взгляд, в некотором смысле, стратегия женских мусульманских активисток и женских мусульманских организаций несколько напомина­ет стратегию первых российских феминистических организаций начала XX века, которые также основной акцент в своей деятельности сделали на бла­готворительной работе, актуализируя вопрос социальных проблем [2].

Условия большого города предоставляют мусульманкам Казани опреде­ленные возможности для создания автономных областей и сфер для самовы­ражения. Одними из вариантов подобной активности являются дизайнерская работа, моделирование, пошив и продажа мусульманской одежды, фотоуслу­ги, журналистская деятельность, работа в сфере пиара и менеджмента и т.д. В Казани благодаря развитию халяль-индустрии появились магазины по про­даже мусульманской одежды, а также ателье по пошиву подобной одежды, в которых находят трудоустройство мусульманки-дизайнеры, модельеры, продавцы, такие творческие профессии, как журналист или фотограф, позво­ляющие работать дистанционно, также оказываются привлекательными для многих мусульманок. Организация фотосессий или работа журналистом по­зволяет им иметь определенную материальную самостоятельность. Многие активистки различных мусульманских организаций часто в качестве источ­ника дохода выбирают для себя именно такую работу.

Как показывают наши наблюдения, часть мусульманок, которые актив­но работают в различных мусульманских организациях, образовательных учреждениях, СМИ, стремятся самостоятельно выстраивать свои семейные стратегии, самостоятельно выбирая себе мужей, порой даже вопреки тради­циям в одностороннем порядке выдвигая требования о разводе, уделяя значительное внимание своей карьере и общественной жизни, критикуя много­женство и т.д.

О важности семейных ценностей, рождения и воспитания детей, го­ворят практически все наши респонденты. Однако модели поведения как в публичной, так и в приватной сферах у мусульманок разнятся. Если одни воспроизводят традиционалистские модели поведения, то другие в большой степени ориентированы на более эмансипированное поведение, хотя и вклю­чающее в себя религиозные практики.

Конструирование исторической генеологии

Сочетание традиционалистских и модернистских тенденций в Уставе и деятельности данных организаций может быть объяснено не только влияни­ем контекста светского общества с актуализированным нео-патриархальным дискурсом, а также чаще всего со светской «доисламской» биографией пра­ктически всех мусульманских активисток, но и с желанием лидеров этих объ­единений связать происхождение своих организаций с первыми женскими мусульманскими организациями России дореволюционной эпохи. Например, названный выше Союз мусульманок Татарстана называл себя наследни­ком Съезда женщин-мусульманок 1917 года.

Дело в том, что первые крупные женские мусульманские образования в Центральной России также возникали под революционным влиянием эманси­пации, как следствие модернизационных процессов в среде российских мусуль­ман.

Как отмечают казанские исследователи А.А. Гафаров и А.И. Саттарова, светская образовательная система стала основным фактором формирования в дореволюционной России женского мусульманского движения. Исследо­ватели отмечают, что джадидские (новометодные) медресе воспитали новое поколение мусульманок, которые стремились к активному общественно-по­литическому участию [3]. Женское мусульманское движение у татар до рево­люции 1917 года было частью проходившего у тюрок-мусульман Волго-Уралья процесса строительства нации, которое сопровождалось модернизацией татарского общества. Проявлением модернизационных процессов стала женская эмансипация, которая выразилась в участии татар-мусульманок в обще­ственной и политической жизни через создание женских организаций.

По мнению исследователей этого вопроса, с конца XIX века женский вопрос был актуализирован в татарской национальной литературе [4, p. 9]. В частности, произведения Мусы Акъегетзаде («Хисаметдин менла», 1886), Габрахман Ильяси («Несчастная девушка», 1887), Гаяз Исхаки («Девушка в каляпуше», «Жизнь с тремя женами», «Зулейха») были посвящены женским проблемам, которые в прежние годы либо замалчивались, либо мало освеща­лись [4, p. 9]. Женской тематике посвящали свои работы и некоторые извест­ные татарские богословы начала XX века. В частности, Ризаэтдин Фахретдин написал книгу «Знаменитые женщины», которая рассказывала о биографи­ях известных мусульманских женщин. Также вышли работы Мусы Бигиева «Женщина», Исмаила Гаспринского «Женщины» и т.д. [4].

В начале XX века свое слово взяли и сами татарские женщины. В частно­сти, в 1906 году в Казани вышла книга уфимской учительницы Камилы Иззатул- ла-Касимовой «Реформа в женском мире» [4]. Таким образом, идеологический фон создания женских мусульманских движений в начале XX века формиро­вался под влиянием модернизационных тенденций в татарским обществе, по­этому любая отсылка и включение их в свою историю современными мусуль­манскими женскими организациями, по всей видимости, ведет и к некоторому идейному заимствованию сочетания традиционных и модерных ценностей.

Заключение

Таким образом, сочетание в уставах и политике мусульманских женских организаций ценностей как традиционных, так и современных является отра­жением неоднородности самого женского мусульманского сообщества Казани и Татарстана. Наличие в программных документах мусульманских женский организаций ценностей современного общества, а также активное воплоще­ние этих ценностей в практической сфере можно объяснить несколькими причинами: 1) данные организации формировались в модернизированной среде крупного российского города; 2) многие организаторы и активисты до прихода в мусульманское движение имели опыт публичной деятельности; 3) генеалогию некоторых таких организаций их идеологи возводят к первым та­тарским мусульманским организациям дореволюционного периода, которые формировались под модернизационным влиянием строительства татарской нации.

Об авторе

Д. М. Гараев
Институт востоковедения РАН
Россия
Гараев Данис Махмутович, доктор Ph.D (Амстердамский университет), научный сотрудник


Список литературы

1. Здравомыслова Е. А., Темкина А. А. Государственное конструирование гендера в советском обществе. Журнал исследований социальной политики. 2003;(3-4):303

2. Пушкарева Н.Л. У истоков русского феминизма: сходства и отличия России и Запада. У истоков русского феминизма: сходства и отличия России и Запада // Российские женщины и европейская культура. / Материалы V конференции, посвящённой теории и истории женского движения / Сост. и отв.ред. Г.А. Тишкин. Санкт-Петербург: Санкт-Петербургское философское общество, 2001. C.79-84.

3. Гафаров А.А., Саттарова А.И. Женское мусульманское движение в Татарстане: исторические истоки и современные тенденции. Современные проблемы науки и образования. 2013; Режим доступа: http://www.scienceeducation.ru/108-8802 [Дата обращения 15.11.2019].

4. Фаизов С. Движение мусульманок России за права женщин в 1917 г. Нижний Новгород: Махинур; 2005. 106 с.


Для цитирования:


Гараев Д.М. Женские мусульманские организации в Татарстане: между традиционализацией и модернизацией. Minbar. Islamic Studies. 2019;12(4):985-1000. https://doi.org/10.31162/2618-9569-2019-12-4-985-1000

For citation:


Garaev D.M. Female Muslim Organizations in Tatarstan: Between Traditionalization and Modernization. Minbar. Islamic Studies. 2019;12(4):985-1000. (In Russ.) https://doi.org/10.31162/2618-9569-2019-12-4-985-1000

Просмотров: 142


Creative Commons License
Контент доступен под лицензией Creative Commons Attribution 4.0 License.


ISSN 2618-9569 (Print)