Preview

Minbar. Islamic Studies

Расширенный поиск

Рукописный перевод Корана Мусы Бигеева: новые свидетельства и направления дальнейшего поиска

https://doi.org/10.31162/2618-9569-2018-11-4-805-818

Полный текст:

Аннотация

Статья посвящена одному из важных аспектов возвращения в научный оборот наследия выдающегося татарского религиозного мыслителя и богослова Мусы Джаруллаха Бигеева (1875–1949), а именно: проблеме поиска выполненного им рукописного перевода Корана на татаро-османский язык. Познания М. Бигеева, относящиеся к Корану и кораническим наукам, являются уникальными, а интерес ученого к Священному Писанию представляет собой фундаментальную составляющую его деятельности в течение всей жизни. Статья знакомит с результатами очередной целевой экспедиции, которая в мае 2018 г. работала в Анкаре и Стамбуле. Участникам экспедиции удалось выявить ценные документы, проливающие свет на ранее неизвестные обстоятельства, связанные с судьбой этого важнейшего труда ученого. Обнаруженные документы представлены в статье также в виде фотокопий, тексты их в переводе на русский язык приводятся в приложении к статье. Находки позволили внести уточнения и правки в уже существующую базу данных, касающихся судьбы рукописного перевода Корана Мусы Бигеева. В частности, были установлены точные причины отъезда М. Бигеева осенью 1948 г. из Стамбула в Каир; выяснены причины нахождения в Каире Фаузии Догрул, ухаживавшей за ученым в последние месяцы его жизни в этом городе, а также ряд других данных; дополнены сведения о личностных качествах Бигеева. В статье перечислены также направления дальнейшей поисковой работы.

Для цитирования:


Хайрутдинов А.Г. Рукописный перевод Корана Мусы Бигеева: новые свидетельства и направления дальнейшего поиска. Minbar. Islamic Studies. 2018;11(4):805-818. https://doi.org/10.31162/2618-9569-2018-11-4-805-818

For citation:


Khairutdinov A.G. The translation of the Koran made by Musa Bigiev: new evidence and future research prospects. Minbar. Islamic Studies. 2018;11(4):805-818. (In Russ.) https://doi.org/10.31162/2618-9569-2018-11-4-805-818

Введение

В деле возвращения в научный оборот интеллектуального наследия выдающегося татарского религиозного мыслителя Мусы Джаруллаха Бигеева (1875-1949) важнейшей задачей следует считать поиски рукописи выполненного им перевода Корана. Данная статья знакомит с накопленной в этой области информацией, результатами последних находок и выводами, сделанными на их основе.

Интерес Мусы Бигеева к Корану и кораническим наукам являлся лейтмотивом всей его сознательной жизни. Этой теме были посвящены его самые первые научные труды, среди которых можно назвать работу «Тарих ал-кур’ан ва-л-масахиф» («История Корана и его свитков»), написанную на арабском языке и изданную в Санкт-Петербурге в 1905 г. Позже, а именно в 1907 г., эта книга молодого ученого была перепечатана в популярном египетском журнале «ал-Манар». В дальнейшем ученый регулярно публиковал исследования по различным аспектам коранической науки. В настоящее время известны названия более двадцати научных трактатов Мусы Бигеева, посвященных глубоким кораническим исследованиям. Однако необходимо подчеркнуть, что все труды М. Бигеева так или иначе связаны с Кораном. Трудно найти такую работу, в которой ученый не привел бы аяты Корана, подтверждая ими свои умозаключения.

Нельзя не отметить высочайший уровень знания М. Бигеевым Корана. Он не только знал Коран наизусть, но и владел десятью стилями рецитации Корана. Поскольку знание Корана в такой степени вообще было редким явлением, то надо ли удивляться тому, что М. Бигеев преподавал эту дисциплину в сердце исламского мира - священной Мекке?

Глубокие познания М. Бигеева в этой области позволили ему в 1909 г. привлечь внимание российской мусульманской общественности к проблеме графических искажений в широко распространенных «Казанских» изданиях Священного Писания. Авторитетные улемы того времени полностью признали правоту молодого ученого, после чего была образована специализированная комиссия по проверке названных изданий на предмет соответствия их графики так называемому Корану Османа, служившему своеобразным эталоном. По итогам работы комиссия приняла рекомендательную резолюцию о необходимости исправления ошибок и разослала ее по всем главным типографиям, занимавшимся тиражированием Корана в России и за рубежом [1, с. 21].

Особенное внимание Муса Бигеев уделял проблеме доступности смыслов Корана для простого народа. Для решения этой проблемы он разработал собственную методику перевода коранического текста и приступил непосредственно к переводу. Перевод Корана на татаро-османский язык и его подготовку к изданию Муса Джаруллах закончил в 1911 г. В январе 1912 г. он приехал в Казань и достиг договоренности о его публикации с руководством издательства «Умид». Согласно договору, рукопись должна была пройти необходимую технологическую обработку и поступить в печать в 20-х числах апреля того же года. Предполагалось, что тираж издания составит 5000 экземпляров [1, с. 135]. В предвкушении предстоящего события Муса Джаруллах разослал своим друзьям и единомышленникам сообщение о готовящемся издании его перевода Корана. Данная информация попала на страницы татарской прессы, в том числе и реакционной. Наибольший вклад в дело пресечения появления перевода Корана внес рупор кадимизма - журнал «Дин вэ мэгыйшэт». На его страницах было развернуто стратегическое наступление на планы Мусы Джаруллаха. Вдохновленные поддержкой печати муллы-традиционалисты принялись писать жалобы в адрес муфтия Оренбургского магометанского духовного собрания (ОМДС), в которых они просили запретить публикацию перевода Корана. В итоге муфтий внял просьбам и разослал по татарским издательствам циркуляр с соответствующим распоряжением. Таким образом, первая попытка издания столь важного труда завершилась неудачей.

По следам рукописи перевода Корана

Как же сложилась судьба рукописи перевода Корана? На данный момент известно, что Муса Джаруллах не оставил рукопись с переводом в издательстве. Об этом написал он сам в одной из своих статей в прессе [2]. Поэтому слухи о том, что в типографии издательства «Умид» успели набрать «сигнальный экземпляр» будущего издания, не находят подтверждения. Это означает, что Муса Джаруллах никогда не имел на руках «сигнального экземпляра» или хотя бы оттиска с гранок выполненного им перевода Корана. По этой причине можно уверенно говорить только об имевшейся у него рукописи.

Тем не менее слухи о существовании «сигнального экземпляра» оказались живучими. Автору приходилось слышать об этом в личных беседах. В частности, ныне покойный сотрудник Института истории им. Ш. Марджани Р. Р. Бикмухаметов в личной беседе с автором настоящей статьи сообщил, что во время посещения дочери Мусы Джаруллаха Фатимы Мусовны Тагирджановой, проживавшей в Ленинграде, он имел возможность лично ознакомиться с этим материалом. Р. Р. Бикмухаметов был убежден, что держал в руках перевод Корана Мусы Джаруллаха, исполненный типографским способом. При этом, показывая ему это издание, Фатима-ханум называла их «этиемнец Коръэне» (татар. - «Коран моего папы»).

Как бы то ни было, в 2010 г. в Казани было издано факсимиле того самого «сигнального экземпляра», хранившегося у потомков великого ученого. Однако в 2017 г. российский востоковед И. Г. Саетов, усомнившись в подлинности труда, написанного знаменитым татарским богословом, и проведя собственное исследование, доказал, что в основе упомянутого издания лежит текст перевода, принадлежащий перу турецкого корановеда Сулеймана Тевфика аль-Хусей- ни (1861-1939), который был напечатан в Стамбуле в 1926 г. [3, с. 64].

Таким образом, вопрос об авторстве перевода Корана, хранившегося у наследников Мусы Бигеева, был закрыт. Это означало, что поиски уникального труда требовалось продолжить. Задавшись вопросом о том, как сложилась судьба бигеевского перевода Корана, автор этих строк вернулся к анализу трудов турецких ученых, в частности Мехмета Гёрмеза, который стал первым, кто в последней четверти прошлого века воскресил изучение наследия М. Бигеева. В своей научной работе турецкий исследователь отмечал, что в периодическом издании «МШе1 Gazetesi» от 9 сентября за 1948 г. было опубликовано объявление о том, что М. Бигеев передал права на публикацию выполненного им перевода Корана владельцу упомянутого издания г-ну Джамалу Кутаю [4, s. 199].

Анализ упомянутой выше информации вкупе с данными из иных источников привел автора этих строк к предположению, что перевод Корана, выполненный М. Бигеевым, возможно, хранится в архивах турецких спецслужб. Ход рассуждений и умозаключений, приведший к такому выводу, был представлен общественности в соответствующей интернет-публикации [5]. Материал привлек внимание президента Болгарской исламской академии (БИА) К. Ш. Исхакова. После личной встречи с автором поста К. Исхаков проявил живой интерес к теме и принял решение об отправке поисковой экспедиции в Турцию с целью выяснить судьбу рукописи перевода Корана, выполненного татарским ученым. Вместе с автором этих строк в состав экспедиции были включены сотрудники БИА - директор библиотеки С. Т. Рахимов и начальник управления по связям с общественностью и СМИ А. Ахметзянов.

Экспедиция провела изыскания в Анкаре и Стамбуле. В ходе работы по инициативе С. Т. Рахимова состоялись встречи с рядом турецких исследователей истории татарской эмиграции и держателями частных архивов. Также были проведены переговоры с президентом Национальной библиотеки Турецкой Республики г-ном Зульфи Томаном. Однако выйти на след искомой рукописи не удавалось. Во время работы в Стамбуле в одной из государственных библиотек была обнаружен документ, о котором сообщил в своей книге М. Гёрмез. Однако выяснилось, что исследователь некорректно указал источник, поскольку искомый материал в упомянутой им газете «Millet Gazetesi» нами обнаружен не был. Издания с таким названием не удалось выявить даже в каталоге турецких газет. В упомянутом каталоге наше внимание привлекла было газета «Milliyet». Однако она начала издаваться только с 1950 г., и владельцем ее был некто Эрджумент Караджан, но никак не Джамал Кутай [6, s. 172].

Казалось, что поиски зашли в тупик. Однако А. Ахметзянов обратил внимание на тот факт, что слово «millet» в источнике, упомянутом М. Гёрмезом, отличается от слова «milliyet» в названии привлекшей наше внимание газеты. Это своевременное замечание позволило нам изменить направление поиска. Мы предположили, что искомый материал был опубликован не в газете, как это указал М. Гёрмез, а в журнале. Обратившись от газетных каталогов к каталогам турецких журналов, мы обнаружили нужный нам источник в журнале «Millet», собственником и главным редактором которого действительно являлся Джамал Кутай1. В № 145 данного журнала от 18 ноября 1948 г. была размещена редакционная публикация, состоящая из двух частей.

В первой части Джамал Кутай сообщал читателям журнала об обращении к ним уважаемого ученого Мусы Джаруллаха2, а вторая часть публикации представляла собой факсимильную копию нотариально заверенного договора между Мусой Бигеевым и Джамалом Кутаем о передаче прав на издание перевода Корана на турецком языке3 [7]. Ниже вниманию читателей предлагается фотокопия упомянутой публикации (рис. 1).

Казалось бы, из обнаруженных материалов, содержащих разъяснения Мусы Бигеева и Джамала Кутая, следует, что рукопись перевода Корана М. Бигеевым следует искать в рукописных фондах библиотеки университета «аль-Азхар» в Каире. Сам Джамал Кутай был уверен в том, что рукопись перевода Корана попала именно туда, поскольку ее якобы передал в «аль-Азхар» сам устаз4 Муса Джаруллах. Поэтому Д. Кутай неоднократно обращался к руководству библиотеки, пытаясь вернуть принадлежащую ему рукопись и даже привлек к этому делу тогдашнего министра образования Турции [8, s. 90]. Увы, усилия Джамала Кутая оказались тщетными, и он был обречен до конца своей долгой жизни переживать по поводу того, что не сдержал слова, данного своим читателям в далеком 1948 г.

Не исключено также, что после смерти М. Бигеева перевод Корана вместе с его архивом был перевезен в Анкару. Так, М. Гёрмез сообщает, что в последние месяцы жизни Мусы Бигеева за ним ухаживали А. Идриси5 и Ф. Догрул (1887-1985)6 [4, s. 50]. Действительно, в период пребывания М. Бигеева в Каире Фаузия Абдрашитовна Догрул, будучи супругой турецкого дипломата Нефиза Догрула [9, с. 11], также проживала в этом городе, о чем свидетельствует изданная ею в Каире в 1949 г. небольшая книжка для детей, посвященная биографии пророка Мухаммада [10]. Пребывание Фаузии Догрул в Египте, а также вывоз личной библиотеки М. Бигеева в Финляндию, где у нее было много друзей, стали возможными благодаря супругу, состоявшему на службе в дипломатическом корпусе Турции в Каире. Наше предположение подтверждается также и утверждением Абдул-Бари Баттал Таймаса7 о доставке книг покойного Мусы Бигеева в Анкару, ставшей возможной благодаря посредничеству турецкого Генконсульства в Каире [11, s. 132].

Рис. 1. Публикация в журнале «Millet» № 145 от 18 ноября 1948 г.

Fig. 1. Publication in the magazine “Millet" № 145 of November 18,1948

Следует обратить внимание на тот факт, что А. Б. Таймас говорит лишь о части вывезенных книг, коих, по его словам, оказалось около 500 томов. Личная библиотека М. Бигеева, оказавшись в столице Турецкой Республики, действительно, была передана на хранение в Национальную библиотеку [11, s. 132]. При этом другой соратник М. Бигеева, Ахмет-Заки Валиди Тоган (1890-1970), оставил сообщение о том, что часть библиотеки ученого была передана некоему Шараф ат-Дину ал-Кутби, жившему в Бомбее, а другая часть - Вали-Ахмету Хакиму (1890/92-1968), служившему имамом татарской мечети в Хельсинки [11, s. 132]. Следует понимать, что в случае с В. А. Хакимом речь идет, возможно, не только о книгах, но уже и о личных бумагах М. Бигеева, в частности о его дневниках и иных рукописных документах. Вероятно, что именно потомки В. А. Хакима, проживающие в Финляндии, передали дневники М. Бигеева в Национальную библиотеку Турецкой Республики (НБТР) в 1976 г. О том, что в Турцию дневники ученого были доставлены именно из Финляндии, свидетельствует библиотечный штамп на блокноте с записями М. Бигеева о хадже, который он совершил в 1927 г. Штамп указывает, что данный блокнот поступил из Хельсинки и был поставлен на учет в фонде НБТР 23 декабря 1976 г. [12, с. 134].

К сожалению, на данный момент мы не владеем информацией о личности человека, доставившего в НБТР часть архива М. Бигеева. Также неизвестна и степень сохранности архива ученого на момент ее поступления в НБТР. Возможно, что некоторые документы были из него изъяты заинтересованными частными лицами или организациями, имевшими доступ к архиву в течение многолетней истории его перемещений из Египта в Финляндию, хранения в Финляндии, а затем перевозки в Анкару. Сказанное выше верно и относительно той части архива М. Бигеева, который оказался в руках Ш. аль-Кутби.

Говоря о людях, имевших доступ к архиву ученого, мы осознаем, что речь может идти о целом ряде персон. Помимо Ш. аль-Кутби, В. А. Хакима и других, доступ к архиву ученого был также у упомянутой выше Фаузии ханум Догрул (Ибрагим). Автор этих строк имел ряд бесед с гражданкой Турции Неслихан Арул Аксой, являющейся дальней родственницей Фаузии-ханум по материнской линии. Н. Аксой сообщила, что, будучи студенткой одного из стамбульских вузов, она в течение ряда лет проживала у своей двоюродной прабабушки и имела возможность близкого общения с ней в последние годы ее жизни. По словам Н. Аксой, когда Фаузия-ханум в разговорах упоминала имя Мусы Бигеева, «ее лицо озарялось внутренним светом». На мой вопрос о судьбе архива самой Фаузии Догрул Н. Аксой ответила, что после смерти владелицы он был уничтожен. Остается только надеяться, что бигеевской рукописи перевода Корана в том архиве не было. Во всяком случае, Ф. Догрул не имела каких-либо явных мотивов для того, чтобы хранить ее у себя. Однако нет сомнения в том, что вместе с ее архивом канули в небытие ценнейшие свидетельства жизни и деятельности ярких представителей татарской эмиграции в ХХ веке.

Дальнейшие направления поиска

Приведенные выше данные и их анализ позволяют определить дальнейшие направления поиска рукописи бигеевского перевода Корана:

  1. рукописные фонды библиотеки университета «аль-Азхар»;
  2. личный архив Шараф ат-Дина ал-Кутби;
  3. личный архив Вали-Ахмета Хакима;
  4. частные архивы, принадлежавшие людям, которые имели возможность контактировать с архивом М. Джаруллаха в Египте, Финляндии и Турции;
  5. архивы организаций, которые имели доступ к архиву в момент пересечения границ государств.

Из всего сказанного ясно одно: диапазон предстоящих поисков весьма широк, а надежда на обнаружение искомой рукописи крайне мала. Однако это не означает, что поиски должны быть прекращены.

И наконец, последнее: в ходе полевых и лабораторных поисковых работ были выявлены данные, из которых можно почерпнуть более полное представление о человеческих качествах Мусы Бигеева. Начнем с того, что такие исследователи, как М. Гёрмез и А. Канлыдере, считают, что в ноябре 1948 г. Муса Бигеев отправился из Стамбула в Каир с целью поправить здоровье. Однако обнаруженные нами документы свидетельствуют о том, что это была не единственная и уж тем более не главная мотивация его отъезда. Выясняется, что, будучи человеком глубокой искренней веры, Муса Бигеев до последнего дня своей жизни самоотверженно занимался подготовкой своего перевода к публикации, стремясь выпустить его в свет в самом безупречном виде. При этом ученого не останавливали материальные трудности, хотя из писем Гаяза Исхаки становится ясным, что последний год своей жизни в Стамбуле, с 1947 по 1948, М. Бигеев провел в крайней нужде [13].

Вышесказанное позволяет предположить, что ученый мог быть вынужден продать права на издание своего перевода Корана, исходя из материальных соображений. Такой его поступок, предпринятый под давлением сложившихся на тот момент условий, можно было бы понять. Однако документы однозначно свидетельствуют о том, что, отдавая (а точнее, безвозмездно передавая) права на издание главного труда своей жизни в чужие руки, Муса-эфенди не преследовал меркантильных целей. Напротив, этот шаг приближал его к исполнению мечты всей жизни, и он шел к этой цели, презирая трудности, каким-то чудом находя в себе силы, позволявшие ему игнорировать проблемы с ухудшавшимся здоровьем и безденежьем. На пути к реализации своей самой большой мечты Муса-эфенди, человек весьма преклонных лет, не остановился даже перед необходимостью совершить поездку в Каир, поскольку только там он мог подготовить к изданию свой перевод в том виде, который был бы максимально полезным и эффективным для читательского восприятия.

Приложение 1

Перевод редакционной статьи журнала «Millet»8, опубликованной в № 145 от 18 ноября 1948 г.:

Редакция «Millet» о Драгоценном Коране на турецком языке

Досточтимый устаз Муса Джаруллах Биги доводит до наших читателей свою просьбу

Вниманию уважаемых читателей «Millet» и «Hakka dogru»9 - изданий, черпающих свое материальное и духовное содержание только из надежных и хорошо знакомых нам источников. Мы уже давно мечтали о том, чтобы представить нашему народу в качестве самой ценной услуги из всех, которые мы только способны оказать, перевод Драгоценного Корана на турецкий язык, выполненный величайшим и не имеющим себе равных религиозных ученых нашей эпохи досточтимым Мусой Джаруллахом Биги.

Благопристойность великой турецкой нации, неизменно отводившая Слову Аллаха достойное его непревзойденное место, проявила поразительную заинтересованность и солидарность относительно произведения, являющегося результатом пятидесятидвухлетнего труда всемирно известного могучего мыслителя. Многие наши соотечественники со всех концов страны оформили персональную подписку и частично перечислили свои пожертвования.

Мы решили, что объем издания, собранного из 50 печатных листов по 16 страниц каждый, составит 800 страниц. Составляя первый том труда, объемом десять печатных листов, устаз принял удовлетворившее его решение о том, что на одной стороне будет представлен арабский текст. Мы выносим на суд наших дорогих читателей удовлетворившее нас всех решение о том, что параллельно с переводом будет представлен неоспоримый в своей неизменности оригинальный текст Драгоценного Корана. В настоящее время, невзирая на продолжающуюся долгие годы оторванность от своей страдающей родины10 и на ухудшение здоровья, наш устаз с присущим только искренне верующим людям чувством самоотверженности готовится к поездке в Египет с целью в наилучшем виде подготовить свой труд, который, несомненно, увековечит его имя. Ближе к завершению печати первых десяти печатных листов арабского текста, которая будет осуществлена в одном из самых крупных издательств Каира, параллельные им страницы будут напечатаны в нашем издательстве турецкими буквами и предложены вашему вниманию.

Расходы на издание Драгоценного Корана в таком формате намного превысят десять лир11 еще до того, как будут изданы все его тома. Поскольку мы утвердили, что многотомное издание, подготовленное в том виде, которого достойно это великое произведение, будет стоить восемь лир, то возникшую в его стоимости разницу, исходя из наших возможностей, покроем мы сами, поэтому просим вас принять это наше богоугодное усердие в качестве небольшого от нас подарка.

Оказав нам большое доверие, устаз передал в дар Джамалу Кутаю права на издание и распространение своего восхитительного труда, вместившего в себя всю его жизнь. Сохранение этого оказанного нам высокого доверия до конца нашей жизни отныне является делом нашей чести и нашим духовным долгом.

Нет сомнений в том, что ожидаемое вами произведение будет еще лучше. Те, кто владеет арабским языком, получат возможность сравнивать между собой оригинальный арабский текст и его перевод на турецкий язык. Наш наставник думает также и обращается к своим единоверцам с просьбой подождать еще немного. К истечению этого времени мы надеемся оправдать доверие наших уважаемых читателей, которые перечислили нам свои пожертвования, выразив желание приобрести перевод.

Исповедующие ислам турецкие обитатели находятся на пути к обретению этого фундаментального труда, высокий статус коего сохранится вечно. Мы верим в это.

Приложение 2

Перевод нотариально заверенного договора, подписанного Мусой Бигеевым в присутствии двух свидетелей.

Турецкая Республика 28097

Джамал Кутай Собственник “Millet” и “Hakka Dogru”

Стамбул

Мы имеем опыт использования время от времени латинской графики в переводах Драгоценного Корана. Этот опыт показал, что ожидаемых результатов нашего труда будет невозможно достичь в полном и абсолютном смысле этого слова.

По этой причине возникла необходимость обеспечить сопровождение перевода арабскими текстами в разъяснениях к сурам, а также в тех местах, где разъяснение с использованием одних только турецких букв не представляется возможным. С этой целью, и вопреки плохому состоянию моего здоровья, я готовлюсь совершить путешествие в Египет. Я намеренно объявляю Вас ответственным в деле представления моего перевода, вобравшего в себя полвека моей жизни, нашей умелой и великой нации. Также я без выдвижения каких-либо других условий безвозмездно передаю Вам в дар право распространения его в Турции.

Я покорнейше прошу своих соотечественников, ожидающих и желающих читать Слово Аллаха на турецком языке, вся ценность коего и его вечное содержание передано выражениями нашего языка, полностью соответствующими его сути, проявить терпение до окончания набора текстов, которые возможно напечатать только в Каире. В присутствии нотариуса я заверяю, что передаю Вам в дар на хранение права на издание моего произведения в нашей дорогой Турции.

Муса Джаруллах Биги, проживающий в доме муфтия Бакыркёя Али Рыза Хайырлы, № 13 по ул. Йешильдирек Джафер ага в Стамбуле.

(подпись)

Я заверяю, что подпись под настоящим заявлением о передаче в дар того, что было прочитано и разъяснено в нашем присутствии, принадлежит Мусе Джаруллаху Биги

Адрес: муфтий Бакыркёя Али Рыза Хайырлы, проживающий в доме № 13, по ул. Йешильдирек Джафер ага в Стамбуле.

(подпись)

Шереф Шерпынар, проживающий по адресу: дом № 48 по ул. Лалели Шаир Хасмет в Стамбуле.

(подпись)

Об авторе

А. Г. Хайрутдинов
Инстиут истории им. Ш. Марджани Академии наук Республики Татарстан; Российский исламский институт
Россия

Хайрутдинов Айдар Гарифутдинович, кандидат философских наук, доцент, старший научный сотрудник отдела истории общественной мысли и исламоведения Института истории им. Ш. Марджани Академии наук Республики Татарстан, научный сотрудник Российского исламского института

г. Казань



Список литературы

1. Хайрутдинов А. Г. Муса Джаруллах Бигеев. Казань: Фән; 2005. 180 с.

2. Җаруллаһ М. Татар дөньясында ризаләт. Вакыт. 1912. 19 апр. (На татар. яз.)

3. Саетов И. Г. Ни татарский и ни Бигеева: история одного османского перевода Корана. Ислам в современном мире. 2017;13(1): 59–70. DOI: 10.22311/2074-1529-2017-13-1-59-70

4. Görmez M. Musa Carullah Bigiev. Ankara: Türkiye Diyanet Vakfı; 1992. 228 s. (На турец. яз.)

5. Смогут ли татары вернуть свой первый перевод Корана на родной язык? Режим доступа: https://www.business-gazeta.ru/article/378944

6. 1928 Sonrası Yerel Ve Ulusal Gazete Kataloğu. Son Güncelleme Ocak; 2018. 289 s. (На турец. яз.)

7. Millet’in Hizmeti Türkçe Kur’anı Kerîm hakkinda Ustat Musa Carullah Bigi Hz. Okurlarımıza Bir ricasini Bildiriyor... Millet. 1948 Kasım 18;145. (На турец. яз.)

8. Görmez M. Musa Carullah Bigiyf’ten (ö. 1949) Tarihçi-Yazar Cemal Kutay’a Cevab. Islamiyat I. 1998;(2):85–97. (На турец. яз.)

9. Аксой Н. А. Фаузия Габдерашит. В: Ибрагимова Ф. Мастер кулинарии: подарок для дам = Аш остасы: ханымнарга һәдия. Казань: Познание; 2017:10–21.

10. Abdel Rachid F. The Life Of The Prophet Mohammed. Le Caire: Emerimerie MISR, s. a. e; 1949. 50 p.

11. Kanlıdere A. Kadimle Cedit Arasında Musa Cârullah. Hayatı/Eserleri/Fikirleri. İstanbul: Dergâh Yayınları; 2005. 278 s. (На турец. яз.)

12. Хәйретдинов (Хайрутдинов) А. Г. Русиядән, димәк мөмкин, йалңыз бән... (Муса Бигеевнең 1927 чые елгы хаҗнамәсе). Казан: ТФА Ш. Мәрҗани ис. Тарих институты; 2016. 156 б. (На татар. яз.)

13. Исхаков М. Г. Әсәрләр. Казан; 2013;14. 479 б. (На татар. яз.)


Для цитирования:


Хайрутдинов А.Г. Рукописный перевод Корана Мусы Бигеева: новые свидетельства и направления дальнейшего поиска. Minbar. Islamic Studies. 2018;11(4):805-818. https://doi.org/10.31162/2618-9569-2018-11-4-805-818

For citation:


Khairutdinov A.G. The translation of the Koran made by Musa Bigiev: new evidence and future research prospects. Minbar. Islamic Studies. 2018;11(4):805-818. (In Russ.) https://doi.org/10.31162/2618-9569-2018-11-4-805-818

Просмотров: 126


Creative Commons License
Контент доступен под лицензией Creative Commons Attribution 4.0 License.


ISSN 2618-9569 (Print)